— Живой вроде, а?
— А то, — промычал, морщась и облизывая разбитую губу, автоматчик. — Лейтенант огнем удачно прижал. Живехонек фриц. Только чаго-то крупён. «Мелкий, мелкий», а едва скрутили.
— Да не особо он мелкий, — прохрипел Вадим.
— Разберемся. — Катерина ловко, словно всю жизнь только этим и занималась, срезала с пленника ремни, распарывала одежду… Лейтенант Спирин удерживал немца за толстокостное запястье и думал, что только абсолютно сумасшедшая дама рискнет душиться в полевых условиях столь дорогими духами…
Где-то рядом гремели выстрелы, повисла ослепительная ракета…
Город Львов. Хмельовский тупик. Особый отряд/младший лейтенант Земляков. 4:20
…Выскочив из подъезда, обогнули дом.
— Они полевее должны прррятаться, — частил пленный бандерлог. — Там их четверо…
— Боец, придержи говоруна, тыл охраняйте, — на бегу приказал Коваленко. — Рассыпаться и вперед.
К черту бандеровцев, не до них сейчас. Выскочили во двор, Женька оказался на правом фланге недлинной цепи. Было неуютно — сверху, от Цитадели, двор как на ладони — на выбор можно бить. Но сигнальщик, видимо, сильно удивился — автомат ударил, когда большая часть оперативников уже проскочила под прикрытие забора. Ответили из автоматов поверх склона — не дай бог зацепить оппонента. Женька саданул сапогом по доске — у, зараза, крепкий заборчик, даром что на вид трухляв. Доска все же проломилась, пронырливый переводчик протиснулся в щель — вокруг были заросли бурьяна, отлетело из-под ног нечто дребезжащее — кувшин жестяной-дырявый. Впереди уже взбирался по склону кто-то ловкий — ага, капитан Марчук настроен агрессивно.
Женька кинулся догонять.
— Поспокойнее, не напоритесь, — приказывал из темноты майор…
Сверху уже не стреляли, зато из темноты возникли колья ограждения. Ножницы для резки проволоки у оперативников имелись, даже в двух экземплярах, но переводчику столь ценный инструмент, понятно, не доверили. А колючки здесь многовато…
— Проход! — раздался Катькин голос.
Катрин стояла на колене, смотрела поверх самозарядки.
— Они разделились.
— Сколько?
— Трое или четверо.
Командиры уточнять и рассусоливать не стали, проскочили в проход: проволока здесь действительно была разрезана, концы аккуратно отведены и зацеплены за колья.
— Давай, давай, Жека. Они шустрые, уйдут, — Катрин все еще всматривалась в темноту, словно там что-то разглядеть возможно.
Земляков проскочил за тройную линию заграждения, оперативников догнали отрядные автоматчики.
— Вдоль заграждения отсекаем, — командовала Катрин. — Еще проход должен быть. В глубине их возьмут, а кто проскочит — ваш. Двое за мной!