– Мы расстались.
Он сказал это так просто. Без лишних слов. Без эмоций.
Из моих рук чуть не выпала вилка.
На моей улице сегодня определенно перевернулась фура со сладкими пряниками.
И Данис не мог не заметить, что вторая новость обрадовала меня ничуть не меньше, чем первая. Хоть я и старалась это скрывать.
Мы закончили завтрак, и отправились каждый на свое рабочее место. Вернее, Данис отправился, а я полетела буквально. Он ведь реально мне крылья за спиной способен отращивать!
Данис! Данис Асадов! Ты мой волшебник! Будто по щелчку пальцев взял и исполнил мечту всей моей жизни! Мне кажется, даже если бы я мечтала стать космонавтом, а не художником, Данис и это был бы способен осуществить. Уже завтра я бы сидела в ракете, смотря на планету сквозь стекла иллюминатора!
Но было и еще одно важное открытие сегодняшним днем, до которого я успела додуматься чуточку позже.
Ну разве для «просто знакомой» пусть и хорошей, мужчина бы стал так стараться? Помогать ей, даже не будучи уверенном в положительном результате?
Разве бы стал?!
Я не безразлична Асадову!
И это не просто сексуальный интерес. Будь это так, Данис, уверена, уже давно бы со мной переспал и думать забыл.
Мы имеем дело с гораздо более глубокими чувствами.
И пусть кто-то только посмеет попробовать переубедить меня в этом!
Дан.
– Как Марина? Обследование еще не закончено? – спрашиваю Павлова в трубку. Даже по голосу я слышу, как он подавлен. Стараюсь не забрасывать друга вопросами, но хочется как-то помочь. Как только – понятия не имею.
– Да уже. Почти, – вздыхает безрадостно, и мне действительно становится за него тоскливо и скверно. – Ничего, в общем, хорошего. Осталось надежда на еще одну клинику, мы пробиться туда не смогли. Но я все свои связи поднял. Так что… может быть там что-то новое скажут? Иначе… Химия, и весь этот кошмар. Это, конечно, можно и дома все провести…
– Все будет хорошо, Глеб, – утвердительно говорю, стараясь вдохнуть в приятеля хотя бы часть своей уверенности. – Ты в руки себя возьми. Марине сейчас твоя кислая мина нужна меньше всего. Давай, мужик. Сильным будь. Ты ее опора.
Слышу, как он усмехается в трубку. Но вовсе не радостно.
Будто ножом по сердцу проходят. Да так и оставляют потом кровоточить.
Глеб для меня образцом для подражания всегда был. Сколько на его голову невзгод в бизнесе выпало – не сосчитать. И рэкетиры в 90-е его первый отель пытались отжать. Когда Глеб наотрез отказался, обстреляли машину. Он тогда две всаженных в спину пули схватил, беременную Марину закрывал своим телом.