Михаила Сергеевича не было на трибунах не потому, что он козёл. Причина была в другом. Двадцать четвёртого января Горбачёв был экстренно госпитализирован в Дели с диагнозом «острая менингококковая инфекция».
Забегая вперёд, можно сказать, что Михаил Сергеевич выжил, но болезнь дала тяжелейшие осложнения. Правосторонний гемипарез и, соответственно, обширные поражения левого полушария мозга — того самого, что отвечает за большую часть речевых функций. У Горбачёва развилась сильнейшая дислексия.
Что произошло с Горбачёвым, мы узнали ещё в Индии, спасибо «вражеским голосам», которые здесь никем не глушились и были очень доступны. Об экстренной госпитализации секретаря ЦК КПСС с диагнозом «гнойный менингит» первыми рассказали на BBC.
В принципе, я понимал, что это такое и какие могут быть последствия. Но всё равно решил уточнить у нашего бессменного руководителя медицинского штаба, Савелия Евсеевича Мышалова. Разговор этот был уже в аэропорту, перед самой посадкой.
— Ну, Слав, — начал наш доктор, — это очень хреновый диагноз. Очень. И может случиться всё что угодно. Он может как поправиться, притом полностью, так и умереть. А может и выжить, но стать овощем. И мне почему-то кажется, что так и будет.
Слова Мышалова самым натуральным образом ввели меня в ступор. Как? Да не может быть. Он же будущий генсек, а потом первый и единственный президент СССР. Это что, получается, теперь этого не будет? Да ладно!
И когда я это понял, то, несмотря на безусловный трагизм ситуации — а Горбачёв в таком положении, что врагу не пожелаешь, — чуть не рассмеялся. Это что, получается, все мои голы, передачи, победы, кубки, титулы и прочее — это не то, ради чего я здесь оказался? И на самом деле главное — как раз вот этот менингит Горбачёва? Нихреновый такой эффект бабочки.
Какой же отличный календарь составила на этот год наша родная Федерация Футбола. Кроме матчей сборной до марта нет ничего!
И это значит что не нужно будет ломать ноги на зимних полях в Москве или играть где- нибудь в Сочи.
Ничего не имею против курортов краснодарского края но мы Торпедо «Москва», и играть должны в Москве.
В прошлом году клубный сезон открылся в середине февраля и учитывая советские условия это было ужасно. Сейчас же наш первый матч назначен аж на 6-е марта.
И этой игрой будет первый матч с греческой Ларисой. Притом для нас он гостевой.
Так что на советских полях Торпедо в первый раз сыграет только десятого марта, в первом туре у нас домашняя игра с Кайратом.
Если бы не игры за сборную то была бы красота. Можно и отдохнуть. Собственно большая часть моих партнеров так и делала.