— Поправили, — вздохнул я. — Теперь он техномаг, который прямо с кушетки выявил неисправность в двигателе.
— Давно надо было нам такого, — произнёс Аршанин.
— Сам же понимаешь, что мы ещё можем хапнуть от этого, — ответил я на это. — Мозги другого человека — это непроглядный мрак.
— Эх… — вздохнул Аршанин.
— Идём к следующему, — позвал я всех присутствующих.
В госпитале обнаружилась Шув, копающаяся в медицинском шкафчике.
— Чего ищете, юная леди? — обеспокоился Босяков.
— Противокишечного какого-нибудь, — повернулась супер. — Кишки крутит.
— Так здесь такого нет, — ответил врач. — Сейчас принесу.
Босяков ушёл в свой кабинет, а я разблокировал кушетку четвёртого кандидата.
— Этот джампер — кто-то из наших? — спросила Шув.
— Кто-кто? — не понял я. — «Попрыгун»?
— Ну, телепортируется который, — пояснила она. — Мне же не надо начинать беспокоиться?
— Пока что, не надо, — ответил я. — Это Вадим Шаров, из парализованных. Теперь он фазовый скиталец, что бы это ни значило.
— А-а-а, окей, — произнесла Шув, принимая из рук врача пачку таблеток. — Если нужна буду — я в каюте. Блюю.
— В инструкции написано, сколько принимать, — напутствовал её Босяков. — И чтобы никаких превышений дозы! «Больше» — не значит «лучше». Итак, продолжим?
— Иван Вячеславович Никонов, — произнёс я, выкатывая кушетку в кубрик. — У нас есть для вас всего пять сверхспособностей эпического потенциала…
Никонов — из добровольцев Коммуны, обычный парень, в прошлом айтишник, но после Апокалипсиса присоединившийся к ополчению, совсем как я. Воевал на Петроградском острове, пока мы его не оставили.
Мы общались пару раз во время морской части нашего путешествия, поэтому я его знаю, но мы не прям приятели, просто знакомые.
Он остановил свой выбор на «Повелителе ифритов». Перспектива становления «живым доспехом», «драконидом» или «ведьмой тёмных болот» его не прельстила, а до «Лазерного взгляда» он не дошёл.
Приняв сверхспособность, он сразу же начал корчиться, так как организм его стал способен преодолеть сонный паралич.
Вообще, изначально я хотел выменять эти сферы на что-то более выгодное, ведь эпический потенциал — это невероятное могущество, доступное немногим. Но хорошо, что получилось использовать их на благое дело.
— Как ощущения? — спросил я у Никонова.
— Дерьмовые, — признался он. — Но зато сверхспособность — мама не горюй, ха-ха! Щас, смотри!
Он взмахнул рукой и прямо перед нами материализовалась голая женщина с массивным бюстом, солидной кормой и оранжевой кожей. Вместо волос у неё было полупрозрачное пламя.
— Саракш!!! — испуганно выкрикнула она.