Это – окруженное стеклянной стеной многоярусное пространство. В центре высится дерево с розовой кроной. У оплетенного тонкой золотой цепочкой ствола нас ждут император и жрец. Там же, чуть вдалеке, несколько женщин, что были в будуаре, и пара важных сановников. Но Клер я не вижу.
Император протягивает мне руку и я встаю рядом с ним, а жрец – лысый такой, противный – заискивающе улыбается и просит:
– Произнесите клятвы. Ваше величество?
Эдриан надменно вскидывает бровь, чтобы всем стало ясно, как невыносимо ему тут находиться.
– Я, император Эдриан-Шейн Рашборн, клянусь заботиться о Мари Идаль, обеспечивать ей безбедное существование и крышу над головой.
Клятва звучит холодно и сухо, но я лишь усмехаюсь. Мысленно, конечно. А так – стою с глупой улыбкой и транслирую в мир радость от того, что муж будет меня кормить.
– Поклянитесь, что согласны хранить верность супругу. Что будете его почитать и слушаться до конца дней, – подсказывает мне жрец.
– Клянусь, что не буду слушаться супруга, но постараюсь почитать, – бормочу я.
Морщу лоб, всячески показывая, что я же деревенская дурочка. Неужели запуталась и что-то не то сказала?
На лице жреца отображается страшный испуг и он быстро-быстро переводит взгляд с императора на меня и обратно. Генерал опускает голову и прикрывает губы кулаком, кашляет. А сановники переглядываются, обмениваясь возмущенными возгласами.
– Мисс Идаль… вы… – жрец чуть ли не заикается.
– Клятва уже произнесена, – цедит император и смотрит наверх, на крону.
– Но листья… ни одного листа не упало, – жрец бледнеет.
– Боги не благославили наш союз. Это плохой знак, – император поворачивается ко мне и зло сверлит взглядом. Как будто я виновата, что боги промолчали.
– Объявляю вас мужем и женой, – жрец заканчивает церемонию и недовольно поджимает губы.
– Тебя отведут в спальню, – роняет молодой «супруг».
Я хлопаю ресницами, а он, кажется, вот-вот взорвется от ярости.
– Зато я окончательно убедился, что ты не истинная, – Эдриан наклоняется к моему уху и надевает мне на палец родовое кольцо.
Оно снова вспыхивает нереальным золотом, что как лава перетекает внутри ободка. Эдриан некоторое время пялится на мою руку в своей ладони.
– Я не понимаю, что происходит, – он поворачивается к генералу и своим сановникам.
– Родовые кольца-артефакты не ошибаются, ваше величество, – высокий пожилой мужчина в мундире и с полным набором орденов почтительно кланяется. – Мы не можем рисковать и игнорировать столь явные сигналы.
– Значит, боги обрекли меня на позор, – отвечает Эдриан. – Об этой блаженной не должны узнать. В глазах света моей невестой останется леди Клер Руш, а потом…. потом посмотрим. Надеюсь, когда-нибудь мне удастся разобраться с этим недоразумением и развестись.