Кабинет у посла был величественным, но практически пустым. Не было в комнате
привычных глазу книжных шкафов, тяжёлых портьер, громоздкой мебели.
Прямо напротив двери на стене висела огромная, подробная карта Вердании и
ближайших соседей. Слева от входа стоял массивный письменный стол, за
котором сидел посол и напротив него два кресла. Вот и всё убранство.
Когда мы вошли, посол медленно вставал из-за стола. Он растерянно смотрел на
принца и поспешно убирал со стола разбросанные бумаги.
— Ваше Высочество, — проговорил он, пытаясь справиться с волнением, но у него
не очень хорошо получалось, — меня не предупреди… Как неожиданно, — мужчина
всё же взял себя в руки и вышел из-за стола, — и безусловно, приятно, что вы
посетили нас в нашей скромной обители.
Его вопросительный взгляд метнулся ко мне, но я, памятуя наставления принца,
молча улыбнулась ему максимально милой улыбкой.
Взгляд посла скользнул на мою руку, лежащую на сгибе локтя принца, и в этот
момент Его Высочество убрал руку с моей ладони, демонстрируя кольцо. А потом
принц опустил мою руку и сделал шаг в сторону посла.
Я осталась у него за плечом, но всё равно чувствовала его состояние.
Внимательное, сосредоточенное напряжение хищника, выжидающего, когда можно
будет нанести решающий удар.
— Не стоит излишне прибедняться, господин Кейн, — голос принца звучал
непринуждённо, — я ценю минимализм. Во всём. Он не отвлекает от сути. А суть
наших отношений, как соседей, важнее декораций, не правда ли?
Он подошёл к карте, изучая линии границ. Посол поспешил за ним, заверяя принца
в искреннем стремлении Вердании к миру и взаимовыгодному сотрудничеству. Его
голос звучал слишком резко, и я невольно поморщилась.
— Мир, — медленно проговорил принц, не отрывая взгляда от карты, его палец
медленно очертил общую границу государств, — хрупкая вещь. Ее легко принять
за должное. Ещё легче — нарушить его одной оплошностью. Вы согласны,
господин Кейн?
Посол метнул на меня вопросительный взгляд, но принц, не дожидаясь его ответа,
прошёлся по кабинету и принялся задавать вопросы. О здоровье короля
Вердании, торговых пошлинах, новом торговом договоре на поставку шерсти.
Все темы были выверенные, деловые и совершенно конкретные. Наблюдая за ними, я
видела, как расслабился посол. Он пустился в подробности, пытаясь выудить
максимальную выгоду от внезапного визита принца.
Его Высочество слушал, кивая в нужных местах и задавая уточняющие вопросы. Он
вёл беседу так мастерки, что напряжение в кабинете стало таять. Господин
Кейн, окрылённый вниманием наследного принца, даже позволил себе небольшую
шутку насчёт вечной проблемы с документацией.
И вот когда посол полностью успокоился, увлечённый темой о выгоде новых квот,
принц слегка наклонил голову. Перевёл взгляд поверх головы господина Кейна.
Уголки его губ дрогнули, но улыбки не последовало.
Посол Вердании, как опытный придворный, быстро понял изменение в разговоре, и
его улыбка сначала застыла, а потом медленно стёкла с лица.
Он снова покосился в мою сторону в поисках поддержки, но я даже не успела
улыбнуться. Принц заговорил. Медленно, словно нехотя. Его голос был тихим,
почти интимным, но при этом тон пробирал до мурашек.
— Господин Кейн, я решил с вами посоветоваться.
Лицо посла осунулось и по цвету стало похоже на выцветшую бумагу старой книги.
Его взгляд снова метнулся ко мне.
— Если бы вы узнали, что кто-то затеял на территории соседней державы грязную
игру с похищением и подменой государственных служащих, чтобы вы сделали?
— Я-я-я… — неожиданно жалко проблеял посол и с ужасом уставился на меня.
Я же улыбнулась ему снова. И даже хлопнула ресницами пару раз для пущего
успеха.
Понимание, медленное и леденящее, заплескалось в его глазах. Его челюсть
задрожала.
— Я бы, конечно, осудил и … — вымученно начал говорить он, отступая за свой
стол.
— Осудил, — принц мягко перебил посла и посмотрел ему в глаза.
Что именно господин Кейн увидел во взгляде принца, мне неизвестно, хотя
предположить могу. Ничего хорошего для своей дальнейшей судьбы он в них не
увидел.
— Интересная реакция, — задумчиво произнёс принц. — Не «пресёк». Не «предал
суду». Не «сообщил союзникам». А просто… осудил… — он кивнул, как будто
сделал важную пометку в невидимом досье. — Понятно.
— Если бы я знал, Ваше Высочество! Я бы обязательно… — попытался выкрутиться
посол.
— А ты знал, — спокойно припечатал принц.
Посол дёрнул шеей и отступил ещё на пару шагов.
— Но ты оказался чрезмерно ретивым дипломатом, — голос принца стал ниже, — и
почему-то решил, что у тебя получится играть в шпионские игры на чужой
территории.
— Я… у меня дипломатическая неприкосновенность… — выдохнул в панике посол.
Его Высочество усмехнулся.
— Ненадолго. Ровно до того момента, пока я не свяжусь с королём Вердании и не
расскажу про твои замыслы.
— Но это была идея королевской семьи! — неожиданно резво воскликнул господин
Кейн и сразу же закрыл себе рот. Двумя руками.
Принц неторопливо опустился в ближайшее кресло, закинул ногу на ногу и
величественно положил руки на подлокотники.
— Я внимательно слушаю, — произнёс он таким голосом, что даже я, ничего дурного
за душой не имея, принялась бы рассказывать и каяться.