— Это точно! — согласился Деникин.
Чем любовь отличается от секса? Последний — фастфуд, набил брюхо — и забыл. Попытка разнообразить секс — это все равно, что на домашней кухне
пытаться приготовить изысканное блюдо. Если и получится, все равно жратва. Любовь — это состояние души, когда даже думать об избраннице приятно. А уж ловить ее взгляд, касаться, целовать… Душа наполняется восторгом, ты словно летишь. В своем мире я об этом забыл, а вот здесь пришло…
Секса у нас с Ольгой этой ночью, считай, не было. Когда женщина в первый раз, это не удовольствие. Страх и боль с одной стороны, опасение их причинить — с другой. Хлопоты по устранению последствий… Зато было море нежности. Воробушек пригрелся у меня на груди, закрыл глазки, и мы оба плыли в волнах наслаждения, не желая прерываться. Но жизнь жестока, с рассветом Ольга наладилась уходить.
— Побудь! — попросил я.
— Не могу, — вздохнула она. — В Кремле уже ищут. Не хочу огорчать маму — ей и без того досталось.
— Будет ругать?
— Наверное, — пожала она плечиком. — Хотя свидания с тобой разрешила. Помоги мне одеться!
— Чаю выпьешь? — спросил я.
— Пожалуй! — согласилась она. — Есть хочется зверски.
Никодим, стараясь не смотреть на Ольгу, накрыл нам стол. Мы пили чай, заедали его булками, смотрели друг на друга и улыбались.
— Первое наше семейное чаепитие, — сказала Ольга. — Так забавно.
— Жаль что ты не медицинская сестра, — вздохнул я. — Представляешь, никакого Кремля, строгой мамы, только ты и я. И никуда не нужно спешить.
— Вставать все равно бы пришлось, — покачала она головой. — Но ты прав. Мне нравится медицина и то, что с ней связано. Из меня вышла бы хорошая сестра.
— Лучше врач. В моем мире миллионы женщин-врачей, и многие из них отличные специалисты. Почему здесь не принимают женщин на медицинские факультеты? Ладно, хирургические специальности, но стоматологи, педиатры, гинекологи, терапевты… Я подавал записку твоей матери, но ответа нет. Это глупо — не использовать такой ресурс. Началась война, и сразу обнаружился недостаток врачей. Мужчин призвали в армию, гражданских лечить некому. Спешно стали открывать курсы сестер и фельдшеров, но проблему это не решит. Не желаете принимать в университеты, создайте женские медицинские институты.
— Узнаю Валериана! — засмеялась Ольга. — Вместо того чтобы говорить о любви после первой ночи с женщиной, он о делах.
Я смутился.
— Но ты прав, — сказала она, тряхнув головой. — Скажу маме. Я знаю, почему она не спешит. Мы не учим женщин на врачей не потому, что консерваторы. Такого нет нигде в мире, общество к этому не готово. Женщине показаться врачу-мужчине нормально, а вот наоборот… Хотя война многое изменила. Проводи меня!