Эльза замерла на секунду, после чего прищурилась, бросив на отца многозначительный взгляд:
— Я знаю, Лекс, — тихо сказала она, выдохнув. — Но судя по тому, что мне не запретили с тобой общаться, вы неплохо поговорили?
— Можно сказать и так, — я поймал её взгляд. — Никакой драмы, Эльза. Всего-то парочкой фраз обменялись…
— Пф-ф, — фыркнула она привычно. — Парочка фраз его бы не удовлетворила. Ты сам видел, в каком… контексте мы попались камерам. Он… наверняка подумал о чём-то не том.
— И тем не менее, итог всех устраивает, разве нет? — я вздел бровь, глядя на девушку сверху вниз. Она весьма забавно задрала голову, чтобы смотреть мне в глаза.
— Эльза, Лекс, если вы закончили свои секретные разговоры, — Виктор вернулся уже без барона. — То я бы предложил всё-таки поесть. Лично я, как главный пострадавший от экзаменов, требую компенсации в виде какого-то нибудь шикарного пирога. С рыбой.
— Присоединяюсь к требованию на правах второй пострадавшей! — вторила ему Лиза, только и дожидавшаяся этого момента.
Так, обмениваясь ничего не значащими фразами, наша компания двинулась вглубь парка — туда, где, согласно указателям, располагались «обеденные зоны».
И несмотря на то, что, формально, добраться до еды можно было за пять минут, на место мы прибыли лишь спустя все двадцать.
Просто потому, что нас то и дело останавливали, поздравляли, расспрашивали, представлялись, предлагали дальнейшее общение, выражали признательность… списки поступивших сформировались окончательно, и теперь все заинтересованные лица торопились заложить фундамент для дальнейшего сотрудничества.
Ведь каждый выпускник Первой Академии впоследствии становился значимой личностью, а такие связи полезно было образовывать как можно раньше.
Обеденные зоны были представлены длинными фуршетными столами, сервированными самыми разными закусками и даже полноценными блюдами, но разбитыми на крошечные порции, которые можно было быстро и мимоходом прикончить, не прослыв обжорой.
Между этими столами мелькали как слуги, пополняющие запасы и разносящие различные блюда, так и самые голодные из гостей.
Последних было не очень много, и мы примкнули к их числу, за неспешной беседой начав набивать животы. Тогда же я получил сообщение от Алисии о том, что она в порядке и на виду, что позволило мне выдохнуть — не хотелось бы омрачать день лишними конфликтами.
А спустя полчаса, когда, казалось бы, мы обсудили каждый этап и каждую дуэль, меня снова окликнули.
И ровно теми же самыми словами:
— Лександр Лазарь, — узнанный в первые же секунды голос раздался откуда-то слева. Я обернулся, и тут же глубоко кивнул отцу, сумевшему подобраться к нам нами же незамеченным. — Не отвлекаю?