Я щёлкнул по ней, надеясь найти там хоть что-то вразумительное.
Внутри лежали три документа. Первый — приглашение, напечатанное на гербовой бумаге и отсканированное: «Лександру Лазарю, как кандидату, рекомендованному Домом Лазарей, предоставляется право пройти вступительные испытания в Первую Академию Эрикс-Искусств…».
Дальше шёл стандартный перечень дисциплин, при виде которых сердце болезненно сжалось: теория воображения, пространственное моделирование, работа с катализатором, история искусств, практическое использование техник…
«Воображение! И катализатор…».
Я поднял руку, посмотрев на браслет совсем иначе. В памяти всплыл толстяк со своим «спором», и детализированные голограммы, подвешенные им в воздухе. И он тогда даже не напрягался — просто провёл пальцем по кнопкам.
Это всё ещё мог быть встроенный проектор…
«Но что, если нет, и катализатор — это браслет и есть? Не просто игрушка, а инструмент? Каталог эрикс-искусств как бы намекает…».
Я снова ткнул в экран браслета, открыл каталог и выбрал самую безобидную технику из всех имеющихся — «Светлячок». Статичный источник света для катализаторов бытового класса, низший уровень сложности — то, что нужно.
Ниже мелким шрифтом шла приписка о том, что данная техника одобрена органами для проверки работоспособности катализаторов вплоть до специализированного класса, что бы это ни значило.
И пункт меню, позволяющий активировать технику, тут тоже имелся.
— Ну, если не сработает, то я хотя бы не взорвусь, — пробормотал я себе под нос, устраиваясь в кресле поудобнее.
В прошлой жизни магия воплощения требовала четырёх вещей: ясного образа, чёткого намерения, вербальной формулы и «точки выхода» магии — рабочего ядра в теле.
Здесь ядра не было. Но на моём запястье прочно обосновался кусок металла, который, судя по всему, выполнял схожую роль.
Ведь если силы нет в теле, но некие воздействия происходят, то пресловутая сила берётся откуда-то ещё. Почему бы не из катализатора, если это он?
Я закрыл глаза, представил сферу света. Без абстракции, с максимумом конкретики, деталей и ощущений. Тепло, цвет, форма, эффект, позиция и «якори» в пространстве — всё воссоздано в моей голове с идеальной точностью. Воображение было моей стихией, и в прошлой жизни я мог удерживать в голове трёхмерные объёмные конструкции вплоть до нескольких часов, даже когда от нагрузки тело начинало сдавать, кровоточа изо всех непредназначенных для этого отверстий.
А здесь, без ядра, это было просто мысленным усилием, которое, по ощущениям, пока что не требовало от меня вообще ничего.