— Очень вовремя уточнил, — сказала я.
Голос у меня прозвучал чужим.
Слишком ровным.
Очень плохой признак.
Морваль посмотрел на меня внимательно.
— Знаю. Но лучше поздно, чем после того, как нас зарежут в разных коридорах.
— Ты работал на них? — спросил Райнар.
— Я работал внутрь них.
— Какая удобная формулировка.
— Другой нет.
Я чувствовала, как во мне поднимается холод. Не ярость. Не обида. Именно холод.
Потому что это уже начинало походить на издевательство.
Один мужчина скрывал от меня правду о крови.
Второй скрывал, что сам стоит внутри заговора.
Прекрасно.
Просто прекрасно.
— Объясняй, — сказала я.
Морваль подошел к столу, положил ладонь на папку и заговорил уже без своей обычной сухой насмешки.
— Я вышел на канцлера не вчера. И не после Ардена. Почти полгода назад. Слишком много совпадений в архивах, слишком аккуратные смерти, слишком тихие перестановки в секретариате. Но официально идти против него было невозможно. Мне нужен был вход.
— И ты вошел через них, — сказал Райнар.
— Да.
— Через Лиару?
— Через ее посредников. Потом — через архивы. Потом — через Дорена.
Я смотрела на него и не чувствовала ничего, кроме усталого омерзения.
— И когда ты собирался сказать мне?
Он выдержал паузу.
— Когда у меня было бы больше, чем подозрения.
Я коротко усмехнулась.
— Вы издеваетесь?
Оба мужчины посмотрели на меня.
— Нет, серьезно, — продолжила я. — У вас это какая-то болезнь? Один и тот же проклятый ответ у обоих. «Когда было бы больше». «Когда стало бы ясно». «Когда не осталось бы сомнений». Вам не кажется, что именно из-за этого я сейчас стою по горло в вашей правде и чужой крови?
Морваль не отвел глаз.
— Кажется.
— И?
— И ты имеешь полное право хотеть свернуть мне шею.
— Уже хочу.
— Но сначала лучше использовать меня по делу.
Вот за эту фразу я его почти ненавидела.
Потому что это было очень в его духе. И потому что он, как назло, был прав.
Райнар сказал жестко:
— Почему я должен не убить тебя прямо сейчас?
— Потому что без меня вы не дойдете до малого дома живыми.
— Смелое заявление.
— Нет. Факт.
Морваль раскрыл папку. Внутри лежала схема зимнего сада, гостевого дома и служебных переходов.
— Наследника держат здесь. Ниже зимнего павильона. Внутреннюю стражу туда поставили через мой канал, чтобы не светить канцлерский. Лоурен ждет не в круге. Он ждет там. Ему нужно не открыть ритуал самому, а довести до него уже готовый материал.
— Материал, — тихо повторила я.
Морваль посмотрел на меня.
— Я знаю.
— Нет. Не знаешь.
— Знаю достаточно.
— Тогда не называй живых людей так, будто уже разделал их на схемы вместе с Лоуреном.