— Раз просит — доложим, — без эмоций заметил начальник, не поднимая глаз.
Вздохнув, Ворон постоял еще немного, и, ничего не дождавшись, вышел.
В это время Ровена сидела на коленях Арса, обнимала его за шею и отчаянно плакала. Откинувшись на обшарпанную стену, Арсиний гладил женскую спину. Уже не переживая ни о чем, он отдыхал и успокаивал Ровену. Камера, в которой они сидели, была небольшой — простой квадрат три на три, из тех, куда садят временно. Скамья-лежанка, да отхожее место — вот и вся обстановка. Облупившаяся от времени белая краска обнажала серые стены. Помещение, давно мечтающее о ремонте, молча внимало сбивчивым женским всхлипываниям, прорывающимся сквозь слезы.
Сначала Ровена лила слезы на тему «как они посмели», после о том, что «они ничего не понимают и не слушают». Еще было «ты дурак и ничего не понимаешь» и «почему ты ничего не сделал». Потом Ровена рыдала без объяснения причин. Арс улыбался и со всем абсолютно соглашался. Признал, что они не смели, что ничего не понимают. Что дурак, тоже не стал отрицать, кивал, гладил плечи. Только Ровена притихла, как в соседней камере кто-то с заунывной пьянцой затянул песню про трудную бабскую долю. Плечи Ровены снова задрожали. Сквозь рыдания начало прорываться «ты не сможешь» и «платья».
— Что не смогу? — ласково уточнил Арс, понимая, что женская нервная система из-за череды потрясений временно вышла из строя.
Ровена сбивчиво заговорила. Единственное, что Арс уловил — «платья».
— Что «платья»?
— Если мы будем вместе, ты не сможешь… Не сможешь дарить мне платья… Они дорогие…
Ровена снова безнадежно разрыдалась. Арс с трудом сдержал смешок.
— Конечно, смогу… — он погладил ее по голове. — Сколько тебе надо? Один-два… в год?
Не удержался от шутки. Арс помнил о комнатах в доме, отданных под армию платьев.
— Один-два В ГОД⁈ — с ужасом спросила Ровена, подняв на него зареванные глаза. Красивые, с мокрыми, слипшимися в пучки ресничками. Новая порция слез сотрясла плечи.
— Мало? Можно раз в три месяца, — поспешно проговорил Арсиний, поглаживая дрожащий бочок. Срок сказал наугад — на самом деле Арс понятия не имел, с какой периодичностью к Фифе должны поступать обновки. Он сам носил последний камзол лет… Хм, да лет пять. Не каждый день, конечно…
Рыдания слегка притихли.
— Может хотя бы одно в два месяца? — несчастно произнес женский голос из-за ладоней. — Думаю, родители помогут, если…
— … я не возьму ни монетки у твоего отца, — по-мужски твердо ответил Арс. — Дай подумаю. Надо посчитать.
Судорожный выдох. Ровена надолго замолчала, боясь помешать подсчетам.