– Тогда я ловил каждое твое слово, – сказал он. – Хотя все время хотел поймать твои губы. – Он наклонился, и его губы оказались почти у ее губ. – Как пчела ловит цветок. – Он легонько поцеловал ее, словно его губы были нежнейшими лепестками.
– Помню, – ответила она. – Ты стоял неприлично близко.
– Я чуть тебя не поцеловал. – Он провел губами по ее губам.
– А я чуть не поцеловала тебя в ответ, – сказала она, следуя его примеру.
Он нежно и крепко поцеловал ее. Шарлотта ответила, вложив в ответный поцелуй всю проснувшуюся в ней любовь. Она давала любовь и чувствовала, как та к ней возвращается в сладости его поцелуя. Она ощутила прилив теплоты, счастья и странного покоя, которого не знала с детских лет, вместе с детским волнением, из которого уже выросла.
– Хочу тебя увидеть, – произнес Дариус. – Всю.
– Да, а я тебя, – проговорила она.
Он поднял голову и улыбнулся:
– Откуда начать разворачивать сей чудесный подарок?
– Откуда хочешь, – ответила она. – Я полностью отдаюсь в твои руки.
Шарлотта поглядела на его руки, такие большие и ловкие. «Ах, руки, эти руки».
Дариус долго смотрел на нее в своей изучающей манере. Потом наклонился, обнял ее лицо ладонями и поцеловал. Провел руками по ее обнаженным плечам, отчего она задрожала. Нащупал завязки лифа и ослабил их. Прошелся губами по обнажившейся коже.
– Женская одежда, – пробормотал он. – Так сложно устроена.
Но он без труда определил, как подступиться к ее платью. Быстро нашел шнурки и крючки. Потом под ее хихиканье задрал платье, она приподнялась, чтобы он смог стянуть его через ее голову. В отблеске свечи она увидела, как ему весело, когда он отбросил платье в сторону.
Через мгновение он посерьезнел и стал изучать ее нижнее белье с такой же полной сосредоточенностью, с какой мог ставить химический опыт. Она наблюдала за ним, чувствуя, как кровь у нее закипает от одного его взгляда. Потом его руки принялись ласкать ее сквозь тонкую ткань, словно он касался чего-то для него дорогого. Да, она ему дорога. В этом сомнения не было. Она видела это в выражении его лица и слышала в его негромком голосе.
Шарлотта закрыла глаза и поплыла в теплоте и сладости. Слетела нижняя юбка, потом короткий корсет, и она с дрожью выдохнула, когда распахнулась сорочка, и она ощутила, как губы Дариуса медленно-медленно прошлись по плечам, по груди. Когда он снимал с нее одежду, то ласкал ее медленно и нежно, словно она самая большая драгоценность, и словно им не нужно никуда торопиться – все время этого мира принадлежит им.
Так и было. Это начало их мира, их совместной жизни.