— На сегодня зафиксировано аномальное изменение состава донных отложений в юго-восточной части озера. Повышено содержание железа, нестабильные показатели — возможна миграция Fe²⁺ в Fe³⁺. На поверхности наблюдается плёнка маслянистого характера, вероятно, органического происхождения, но источник не установлен.
— Далее. РН воды смещается в кислую сторону. Это нетипично для данного водоёма. Возможны процессы дегазации или активизация глубинных выбросов.
— Чёрная вода — это не образ. В моменты активации она действительно чернеет. Анализ показывает следы восстановления сернистых соединений.
— Веду наблюдение. Все данные фиксирую. Если со мной что-то случится — ищите у дна. Ответ — там.
— Я разгадал тайну Чёрного озера…
Щелчок. Тишина. И все заглохло. Я потыкал кнопки — нет, все мертво.
— Твою дивизию! Похоже, батарейки сдохли…
— Нужно вставить новые и дослушать, — с нетерпением проговорил Борислав.
Я подскочил к Грише, еле сдерживая себя, чтобы одним махом не уложить того носом в пол, а точнее, в землю, как уже сделал это в прошлый раз в музее:
— Где ты это взял? Говори!
Он втянул голову в плечи, весь сжавшись будто в бесформенный ком, и пробормотал:
— Гриша… шёл… и нашёл… оно лежит… просто было… в кустах… Гриша нашёл…
— Просто так? — я усилил хватку. — Случайно, да? Случайно оказался в лесу, случайно нашёл диктофон? Как тогда в музее, случайно нас подслушал?
Гриша замотал головой:
— Не брал… нашёл… просто шёл… Гриша шёл…
— Слишком много случайностей, Григорий, — грозно проговорил я, прищурившись. — Ты у нас вечно не при делах, а при этом всё самое интересное — рядом с тобой почему-то.
Орлов подошёл ближе:
— Ладно, хватит с ним цацкаться, — он резко схватил Гришу за грудки обеими руками и тряхнул: — А ну говори, где взял!
— Ай-ай-ай! Не надо! Гриша хороший! — тот дёрнулся, вцепился в моё плечо и спрятался за спину. — Не бей!
Я выставил руку, остановив Орлова.
— Тихо, Гордеич. Мы так только сильнее его напугаем, и он вообще ничего не скажет. Будет себе мычать и плакать. Тут по-другому надо.
Порывшись в кармане, я достал помятую конфету в шуршащем фантике.
— Гриша, смотри… карамель. Любишь такие? Хочешь?
Гриша стоял, крепко зажмурившись и втянув голову в плечи. Услышав про конфету, он с опаской открыл один глаз, затем второй. Немного расслабился и осторожно протянул руку.
— А… есть ещё?
— Будет. Поедем с нами — дам целую горсть. А пока держи эту.
Он кивнул, ловко развернул фантик, сунул конфету в рот.
— Гриша поедет. Гриша с хорошими дядями…
— Вот и ладно. Пошли, — я подтолкнул его под локоть.