— Пошли, Григорий. Да всё уже. Хорош валяться, — приказал он. — Пошли, скорее…
Увидев труп с растекающейся лужей крови под ним, Гриша улыбнулся и кивнул, а потом пошел за братом, послушно, как щенок. Но в глазах его уже был не щенячий восторг, а нечто холодное, совсем как у Игоря.
Они скользнули в бытовку КПЗ — крошечную комнатушку с облупленными стенами и старым чёрным телефоном прямой связи на железной, приваренной к стене стойке.
Игорь без промедления снял трубку, прижал к уху.
Голос его изменился, стал сиплым, прокуренным, как будто он пытался скопировать интонацию рыжего сержанта.
— Там это… придурку плохо. Врач нужен… — пробубнил он в трубку.
На другом конце что-то, будто и не человек, ворчливо проскрежетало:
— Ждите… Скорая будет.
Игорь аккуратно повесил трубку — он не спешил и не дёргался, как будто у него было море времени.
Потом развернулся к брату, коротко кивнул в сторону выхода.
— Пошли. Пора.
Братья не могли выбраться сразу, ведь подвал КПЗ был заперт снаружи, а ключ — у дежурного. Игорь знал, что это такая мера предосторожности. Поэтому они притаились и стали ждать.
Прошло несколько томительных минут. Наконец, за дверью раздался скрежет проворачиваемого ключа и лязг засова, а тяжёлая створка отъехала, пропуская внутрь свежий воздух из коридора ГОВД. Окна там были открыты настежь. На пороге возник пузатый дежурный — китель нараспашку, жарко, лицо раскраснелось, лоб блестел, как начищенный медный таз. За его спиной переминался с ноги на ногу тщедушный врач в чуть измятом белом халате. В руках у медика — облезлый чемоданчик. Позади всех шагал ещё один — молодой помощник дежурного. Ворот форменной рубашки расстегнут, галстук снят с шеи и болтается на латунном зажиме-прищепке.
Они втроём шагнули внутрь, беспечно и без особого рвения, как люди, привыкшие к подобной рутине.
В этот момент, когда дверь за их спинами гулко захлопнулась, дежурный, кряхтя, шагнул на несколько шагов вперёд, а врач нерешительно потянулся к пуговице на халате, из-за угла, словно вырванный из самой стены, стремительным рывком метнулся на них Игорь.
Он действовал молниеносно: одним движением перехватил врача за воротник, дернул к себе, а заточку приставил к шее. Так быстро, точно и дерзко, что на коже врача сразу же проступила кровь. Тонкая алая дорожка потекла по шее и вороту халата, оставляя на ткани тёмные пятна.
Доктор глухо ахнул.
— Стоять, суки! — хрипло, срываясь на крик, заорал Игорь, наваливаясь на врача всей массой и выставляя его перед собой живым щитом. — Убью к чёртовой матери! Только рыпнитесь!