«Благодаря слаженным действиям сотрудников органов внутренних дел и ОБХСС…»
На следующее утро Гребенюка, конечно же, не выпустили. Выгадав минутку, я сгонял в отделение милиции, но меня к нему не пустили. Пришлось возвращаться в редакцию ни с чем. Там я и столкнулся с весьма импозантным гостем, видимо тем самым Иваном Игнатьевичем Потаповым.
Это был человек из каменной породы, такие хорошо смотрятся в граните, в виде памятника. Высокий, грузный, в безупречно сидящем темно-сером костюме и таком же галстуке. Лицо его, с тяжелой, резко очерченной челюстью и густыми седыми бровями, казалось, впечатывалось в память мгновенно.
Холодный оценивающий взгляд гостя медленно прополз по кабинету, отмечая пустое рабочее место Плотникова.
— Где журналист, у которого мне назначено? — надменным голосом произнёс он. — У меня нет времени ждать его!
— Он скоро будет, — ответил я, чувствуя, как электризуется воздух. — Гость явно не любил такого отношения к себе.
— Это что за расхлябанность? — продолжал он накручивать сам себя. — Я этого так не оставлю!
Людмила Ивановна засуетилась, залепетала что-то о возможной задержке в транспорте. Но это только разожгло гнев гостя.
На голоса вышел Николай Семенович. Быстро все поняв, стал приглашать Потапова к себе, предлагая чай. Но заведующий отделом пропаганды лишь молча прошел к столу Плотникова и уселся в кресло для посетителей, демонстративно взглянув на часы. Воздух стал вязким, как кисель. Все понимали, каждая минута опоздания усугубляет грядущий разнос.
И вот, спустя пятнадцать мучительных минут, в редакцию ворвался Сергей. Вид у него был потрясающий. Куртка в рыжих подтеках, на коленке явный след от падения, одна рука прижимала к груди помятую картонную коробку, от которой исходил слабый, но волнующий аромат свежей выпечки. Лицо его выражало вселенское отчаяние.
— Иван Игнатьевич! — выдохнул он, замирая перед начальником. — Прошу прощения за опоздание! Непредвиденные обстоятельства…
Потапов медленно поднял на него взгляд, который должен был испепелить провинившегося журналиста на месте.
— Обстоятельства? — ледяным тоном переспросил он. — На советской работе обстоятельствами не оправдываются, товарищ Плотников. Вы заставили ждать себя. В былые дни вас за такое…
— Я… я понимаю… — Сергей безнадежно посмотрел на коробку в своих руках. — Я хотел… создать более располагающую атмосферу для беседы. Людмила Ивановна вот, пирожки испекла… Но по дороге…
— Что? — с издевкой спросил Потапов. — Вы решили перекусить? Судя по вашему виду, вы еще и поспать умудрились, прямо на земле. Что за вид⁈ А ведь вы журналист!