На Огненный план вернулось меньше половины ифритов. И то, благодаря тумакам Штурма и моей посильной помощи. Зато и улов был побогаче — духи взяли по два-три ранга.
Зато везунчики среди осман смогли похвастаться двумя десятками огненных даров, которые достались им после победы над ифритами.
Но лучше всего себя проявила сотня Огненного Лидера.
Они первые выполнили задание по спасению пленных, и, в отличие от сотни Штурма, рванувшей куда глаза глядят, подошли к Охоте с умом.
Духи огня, как бы им ни хотелось отдаться упоительной ярости схватки, вдумчиво выбирали своих противников. В итоге все сто двадцать три духа взяли по одному-два ранга, но на этом их охота не окончилась.
Огненный Лидер хотел большего — заключить с одарёнными контракт. Десятилетний договор подразумевал партнёрские отношения между человеком и огненным духом за скромную плату в десять процентов от силы одарённого.
Эти десять процентов посреднической комиссии Лидер планировал поделить более, чем справедливо — пять отдать мне, как старшему, по одному — Штурму и Скауту, и себе, соответственно, оставить три.
Лидер попробовал было договориться с одарёнными сам, но у него ничего не вышло. И тут, на наше счастье, подоспел запрос от визиря на усиление его гвардии!
За эти трое суток я успел связать семьдесят два янычара. Сначала следовал ритуальный поединок, в котором одарённый и дух мерились силой, затем, если пара была подобрана верно, то происходило связывание.
Огненный дух получал привязку к миру людей, а янычар с гордостью демонстрировал своим собратьям появившуюся на предплечье татуировку.
Иногда дух оказывался слишком силён или, наоборот, слишком слаб. Иногда человек и элементаль не сходились характерами, иногда происходил конфликт энергоструктур…
В таких случаях нам приходилось искать новую пару, а нескольких вредных огненных волков я демонстративно изгнал на огненный план.
На вторые сутки нашего пребывания в Стамбуле ко мне потянулась тонкая вереница просителей.
Богатые и, что самое главное, родовитые торговцы, прослышав о появлении у янычар фамильяров, поспешили заполучить огненного духа и себе.
И я бы с огромным удовольствием поторговал огненными фамильярами за спиной у Челарбея, но не тут-то было. Визирь лично решал, кому стоит помочь, а кому — нет.
Помимо янычар, фамильяров получили всего три десятка семей. Остальные же духи, нажрав энергии ещё на один-два ранга, вернулись на огненный план.
Во-первых, я не мог показать, что могу привязать всех без исключения одарённых. Во-вторых, я не хотел слишком уж усиливать Османскую империю. И в-третьих, у меня, несмотря на Живучесть, банально закончились силы.