— С удовольствием, Герман, — я ответил на его рукопожатие. — Будете в Петербурге, двери моего дома открыты для Вас.
— Взаимно, Макс, — кивнул дворянин. — Будете в Вене, двери моего дома открыты для Вас! Что до деталей сделки…
— Оставим их нашим представителям, — предложил я. — С моей стороны будет Мария.
— Договорились, — улыбнулся Герман. — А сейчас прошу меня простить…
— Понимаю, — покивал я. — Здоровья Вашему сыну.
— Благодарю. А теперь, если позволите, я бы хотел украсть на минуту Марию.
— Но только на минуту! — усмехнулся я.
Герман, улыбнувшись, посмотрел на Марию, и та, согласно кивнув, дала отвести себя ближе к камину. Я же приготовился к диалогу со следующим дворянином.
— Приветствую Вас, князь!
— Прошу Вас, — я пробежался взглядом по тому самому здоровяку, на котором фрак смотрелся максимально неестественно. — Макс. Просто Макс.
Беседа с дворянами, чьи дети демонстрировали на удивление похожие симптомы, продолжалась около двух часов.
К счастью, Герман поделился содержанием нашего разговора со своими товарищами, и мне не пришлось каждый раз рассказывать одну и ту же историю.
Вообще, я бы мог попросить Поля создать сотню-другую зелий Высшего Исцеления, но это было сродни самоубийству.
Во-первых, тем самым я бы резко обесценил дорогущие свитки Высшего Исцеления, а, следовательно, вызвал гнев тех родов, которые на этом хорошо зарабатывали.
Во-вторых, если бы я открыто заявил, что могу в неограниченных количествах создавать такие зелья, на меня и мой род устроили бы охоту.
В-третьих, усиливать одарённых Европы было не в моих интересах.
Да, по-человечески было жаль Германа и остальных, ведь болезнь детей — это ужасно, но я ни на секунду не забывал об отношении Европы к Российской Империи.
Какие бы слова ни декларировались, но правда жизни проста — никому не выгодно иметь сильного соседа. Особенно если последний заглядывается на ведущие в Средиземное море проливы.
Морские пути, несмотря на широкое использование порталов, играли важную роль в мировой торговле, и я прекрасно отдавал себе отчёт, что благодарящие меня сегодня люди, завтра сделают всё, чтобы ослабить мою страну.
Вообще, можно сказать, что мне в очередной раз повезло.
Судя по тому, что мне рассказал Виш, который целый час подслушивал приватные разговоры дворян, стало понятно, что мы влезли в игру британцев.
Бруге, если говорить языком моего мира, был агентом англичан, и его целью было рассорить Европу с Российской Империей.
План, по словам Виша, был прост:
Сначала начинают болеть дети самых влиятельных дворян Европы. Затем выясняется, что ниточки уходят в Российскую Империю. Следом, в результате нескольких провокаций, вспыхивает война между восточной Европой и Россией.