Когда подошла наша очередь (я шел пятым), мы друг за другом вошли в помещение.
Посреди помещения сидел за столом стражник и методично записывал что-то в толстый журнал. Второй стражник выкладывал на соседний стол вещи из сумок, рюкзаков и свертков и лениво копался в них. Вдоль стены помещения стояли пятеро вооруженных арбалетами мужчин в толстенных доспехах, руны на которых светились от вложенной мощи.
Правило «не наводи оружие на человека» эти ребята явно никогда не слышали, или руководствовались куда более важными правилами: едва я шагнул внутрь, крайний из стражников тут же навел на меня заряженный арбалет. Дверь за спиной с лязгом захлопнулась.
Я мгновенно напрягся, инстинктивно шагнул в сторону. Мысли пронеслись в голове молнией: первую стрелу мой артефакт точно отведет, затем успею дотянуться до ледяной Ци в груди и окутаться льдом. Ближайший стражник будет насажен на копье сразу же, а дальше придется прорываться наружу…
Арбалетчик снова чуть довернул оружие, ловя меня «на мушку» и спокойно произнес:
— Стандартная процедура, парень. Не дергайся особо, а то мы нервные.
Ну раз такое дело, я и не стал дергаться. Тем более, что как я успел заметить, абсолютно всех вошедших в помещение людей держали под прицелом арбалетов, а сами стражники выглядели скучающими, словно это действие давно превратилось в рутину. У них явно не было никакого желания убивать кого-то сегодня.
Расслабившись, насколько позволяла ситуация, я спокойно дождался своей очереди. Остальные уже вышли, но новую пятерку в здание не запускали.
Сидевший за столом стражник выглядел старше, на груди — металлический значок с тремя золотыми точками. Местный сержант?
— Руку на печать, — равнодушно произнёс он, указывая на вырезанную в стене каменную плиту с замысловатым узором рун.
Я спокойно приложил ладонь к холодной поверхности. Мгновение спустя почувствовал, как по спине пробежала едва ощутимая волна Ци, словно кто-то провёл перышком вдоль позвоночника. Необычное ощущение, но не более того. Печать осталась тусклой, не проявив ни единого признака активности.
За время, что стоял в очереди, я внимательно рассмотрел каждую руну и завиток — благо память легко позволяла запоминать подобные вещи. Будет время — вспомню и разберусь, что конкретно выявляет эта проверка.
Как только печать никак не отреагировала на меня, стражники заметно расслабились, а спину перестали сверлить настороженные взгляды.
— Подорожную или иной документ, — протянул руку мужчина за столом.
Я молча достал сложенный лист бумаги. Стражник развернул документ и внимательно вчитался в текст, хмурясь и шевеля губами.