Через минуту обсуждений я открыл шторку, вышел в салон и громко произнёс:
— Ребята, как вы видите, за нами подъехал кортеж, но, друзья мои, на выходе из аэропорта нас ожидает большая группа советских граждан, которые хотят вас поздравить с успехом за рубежом. Именно благодаря этим простым советским людям мы смогли оказаться там, где были и именно благодаря их поддержке сумели достойно выступить, не уронив честь нашей страны. Поэтому принято решение, что после прохождения таможенного контроля, мы все выйдем из терминала, поприветствуем наших граждан, Яков Моисеевич скажет небольшую речь, а затем мы централизованно сядем в автобусы и они нас отвезут в Минкульт. Туда же привезут наш багаж. А уже оттуда мы все разъедемся по домам.
— А «Берёзка»? — кто-то выкрикнул с места.
Я посмотрел на куратора и, видя, что тот потерян, не дожидаясь реакции, объявил:
— И «Берёзка» то же!
Открылась дверь и в салон стаи подниматься сотрудники таможни и ещё какие-то люди в гражданке. Вероятно, их главный отодвинул меня чуть в сторону и, встав по центру салона, громко произнёс:
— Товарищи, я сейчас буду называть Ф.И.О. Прошу того, чьё имя я назвал, сразу же встать и подойти ко мне. Остальных прошу присесть на свои места и дожидаться своей очереди, — повернулся ко мне: — Молодой человек, вас это тоже касается.
Пришлось подчиниться и, сев на кресло, ждать…
— Саша, но что мне говорить? Почему я? — пристал ко мне наш худрук, когда после досмотра и получения паспортов мы стали спускаться по трапу.
— Странный вопрос. Ты ж наш худрук. Тебе и ответ за всех нас держать, — хмыкнул я.
— Но у меня совсем нет идей. Я не подготовился.
— Дядя Яков, говори чего хочешь, но, так сказать, в рамках. Расскажи о поездке. Всех поблагодари. Я же тебе уже всё объяснял. Ты отвечаешь только за выступление группы и девушек, мои кренделябры тебя не касаются. Кстати, на будущее, когда тебя спросят компетентные органы о моём выступлении, скажи, что ты меня отговаривал и от бурки с папахой и от тельняшки, в которых я плясал.
— А спросят?
— Обязательно спросят. Да и не только спросят, но и попросят написать отчёт. Так что ничего там не ври и не скрывай, а пиши всё как было. Все участники концерта отчёты писать будут. Их потом обязательно будут сверять, пытаясь найти расхождения, — пояснил я и, видя угрюмый вид Блюмера, подбодрил: — Да чего ты грузишься-то? Это же логично всё. Мы ж с тобой у потенциального противника зажигали. Можно сказать, в самом логове. Поэтому, естественно, нас проверять будут. Но не парься. Всё будет путём. Тут главное говорить только правду и ничего кроме правды.