— А ещё?
— Ещё? Ну ещё я хотел бы узнать на какой хрен они закрыли центр своего материка заборами, которые, якобы, от кроликов.
— С чего ты взял?
— Кто много читает тот много знает. Знаешь такую пословицу? А вообще я это по телевизору видел в какой-то передаче. Там ещё говорили, что в Австралии, мол, 85% всех ядовитых растений и животных обитает. На мой взгляд это очень странно, ибо оставшемуся миру остаётся лишь 15%. Ну а что касается заборов, то если даже их преодолеть и углубиться внутрь материка, то там тебя задержат и для начала выпишут большой штраф.
— За что?
— Что б не лазил где попало.
— Ничего себе. Неужели и вправду штрафуют? — удивилась принцесса.
— Ещё как, — заверил эксперт, смотревший на эту тему кучу роликов в ютуб, а затем, немного выдержав паузу, продолжил: — Но всё это на самом деле мелочи… Больше всего в Австралии меня интересуют другое. А именно — вомбаты.
— Кто?
— Это животные такие. Знаешь?
— Нет, — замотала головой Юля.
— Короче говоря это такие животные, относящиеся к семейству двурезцовых, и замечательны они тем, что какают какашками в форме кубиков.
— Не может быть, — прошептал Савелий.
— Может, — заверил его командор и, похлопав по плечу, добавил: — А теперь ответь мне на вопрос: почему именно это интересует советского пионера?
— А-а…
— Вот и я не знаю. Моё мнение что у этого пионера не всё в порядке с головой, — самокритично произнёс я и попросил обалдевшего водителя остановиться напротив входа в метро.
Если бы кто-то из будущего, скажем, решил бы 13 апреля 2022 года прикинуть, сколько времени прошло до сегодняшнего дня — 23 декабря 1977 года, то он не без труда бы смог вычислить, что судьбоносное в жизни мирового сообщества заседание состоялось 44 года 3 месяца 21 день назад.
По дороге на эшафот заехал в одно место, кое с кем переговорил, дал необходимые указания, выдал двести рублей и двинулся на лобное место. Туда приехал немного уставший, довольный проделанной работой при съёмке эпизода и недовольный тем, что вместо банкета в актовом зале, который вот-вот должен был начаться, я вынужден идти на судилище.
А в том, что это будет именно судилище, я, собственно, и не сомневался. Ну да ладно, прорвёмся. Как говорится: последний бой он трудный самый. Возможно, оно так и есть. Во всяком случае, сейчас мне это предстояло проверить на практике. И хотя, в глубине души я искренне надеялся, что это будет не последний бой, в прямом смысле слова, но всё же понимал — бой будет сложным, решающим и с абсолютно непредсказуемым финалом. Но отступать мне было некуда. Позади была не только моя жизнь и судьба, но и судьба моей семьи, моих близких и друзей, города, нашей страны — СССР, и как бы пафосно это не звучало — мира в целом. Высокопарно? Высокомерно? Отнюдь! Всё именно так, как и сказано выше — судьба дальнейшего развития мира решалась сегодня именно здесь и сейчас — в кабинете парторга Министерства культуры товарища Тарана.