Тем временем немцы тоже пошли вниз, стремясь пробить облачность и визуально обнаружить наши корабли на поверхности моря. Судя по всему, на берегу у них был авианаводчик. Это поработали турки или немцы сами держали на Босфоре службу наведения — об этом пока ничего неизвестно. Только эффект получился крайне любопытный. Никто не видел, как ракеты поразили свои цели, просто из облаков вниз посыпались горящие обломки, а с экранов радаров исчезла чертова дюжина целей. Несколько ракет за счет большого количества готовых осколков поразили не одну, а несколько целей. Сказать честно, было очень приятно видеть пылающий остов бомбардировщика, беспорядочно кувыркающийся и падающий в море. От иных не осталось и того, просто рой мелких обломков, покрывающих воду мелкой рябью. Судя по тому, что в одном месте с радара исчезла целая тройка, имело место прямое попадание ракеты в бомбардировщик с детонацией боекомплекта. А ведь эти немцы так и не вышли на рубеж атаки. Сколько наших товарищей погибло при бомбежках — и вот теперь разбойники Геринга наконец-то нарвались на достойный ответ. Да, в небе под облаками появились первые жирные хвосты, соединяющие небо и воду, и первые купола парашютов. Как сказал Виктор Сергеевич, «процесс пошел».
Не успели отгрохотать взрывы в облаках, как навстречу приближающимся разбойникам отправилась новая партия ракет. На этот раз отработали комплексом ближнего боя «Кинжал» «Ярослав Мудрый» и «Североморск». Я ознакомился с характеристиками зенитных систем рубежа XX и XXI веков. По сравнению с ними наши 37-мм и 45-мм полуавтоматы — это просто детская рогатка. Но одно дело читать технические документы, и совсем другое — видеть своими глазами, как стартующий рой ракет подобно обычным эрэсам ныряет в облака, а в ответ оттуда падает мусор в виде обломков самолетов, а также немецкие летчики-парашютисты. Ох, не зря контр-адмирал Ларионов попросил меня как можно шире рассредоточить эсминцы. Работы у них по сбору с воды неудачливых немецких асов было хоть отбавляй. Не успевали они подобрать одного, как на смену ему с неба спускалось трое новых.
Вот наконец уполовиненная бомбардировочная группировка пробила облака и увидела наши корабли. А мы увидели их. Как и предполагалось, это были пикировщики Ю-88, сбившиеся в беспорядочное стадо. Высота — тысяча двести метров, удаление — полтора километра. До точки входа в пикирование им осталось всего пятнадцать-двадцать секунд, потом их удар остановить будет невозможно. Так думали, наверное, и немецкие асы. Так думал и я. Пришла очередь последнего средства нашей самообороны — зенитной артиллерии. На «Молотове» и «Красном Крыме» и «Парижской коммуне» часто-часто захлопали зенитные полуавтоматы. Среди немецких бомбардировщиков стали распускаться первые клубки зенитных разрывов. Правда, никакого влияния на полет немцев это не оказало, они по-прежнему приближались к нам плотным роем.