Расспрашивали нас долго. Полицейский столь уверенно говорил, что они разберутся и непременно найдут, если мы вдруг не заберем заявление, что нужно было быть полным идиотом, чтобы не догадаться: ничего делать он не будет в расчете, что на нас с мамой надавят и мы откажемся от показаний.
Домой нас отвез тот же мужик, что привез меня в полицию, но помнил это я уже смутно: тело окончательно выходило из-под контроля, уснул я сразу, как оказался на кровати. Непозволительная роскошь для мага — без защиты, без сторожевых заклинаний, даже без простейшего ритуала по восстановлению.
Утром я проснулся, когда мать Ярослава уже ушла. Чем меньше я с ней буду контактировать, тем лучше: останется мне чужой и не придется думать, что она переживает о сыне, когда я уйду. Ей же лучше, молодая еще, без ребенка легче устроит свою жизнь. Вчерашний мужик довез нас не только из доброты душевной, все интересовался на пороге, не может ли он чем помочь Вере Андреевне. И смотрел на мать Ярослава так, что было понятно: запал.
Я потянулся, приноравливаясь к телу. Оно ощущалось уже своим, дефектным и нескладным, но зато живым и целым. Да, наличие головы — несомненный плюс. Не меньший плюс — задатки для развития мага.
Состояние каналов со вчерашнего дня стало чуть лучше, но перегружать я их не собираюсь, ритуал снохождения требует сил самую малость. Главное, сделать всё правильно. А вот источник, источник точно выглядел лучше. Я принял позу для медитаций и поплыл, выводя сознание на следующий уровень. Таким образом могут вызывать не все, а лишь те, кто имеет сродство к этой магии. Я имел, и со сменой тела ничего не изменилось. Не зря говорят: тело вторично.
Сразу учителя найти не смог, отправил сигнал. Как только тот войдет в транс, получу ответ.
Навестить пока еще кого-нибудь? Дамиана? Да, он остался мне должен. Как минимум голову.
Я влез в его сон, как нож в кусок мягкого масла: легко и без напряжения. Сон был из тех, о которых посторонним не рассказывают. Под Дамианом извивалась Илинель. Судя по тому, как девушка из сна знакомо запрокидывала голову и хрипло выдыхала, в постели императора она успела побывать наяву. Становилось понятно, что толкнуло ее на предательство.
— Надеюсь, о моей голове ты позаботился не хуже, чем о моей любовнице?
Илинель раздулась и некрасиво лопнула, а Дамиан испуганно повернулся ко мне. Неприятно, когда эротический сон превращается в кошмар? Что ж, придется ему к этому привыкать, даже императоры не властны над снами. Проснуться он сейчас не сможет, пока я не разрешу.