— Погодь. Ждановых тоже ты?
— Че сразу я? — удивился я настолько фальшиво, что у самого зубы свело. — Я что, единственный маг в Белоорске?
— Понятно. — Глаз кивнул, его протезный глаз завращался, пытаясь охватить все 360 градусов обзора. — Маг ты не единственный, но… Эх, не хотел же связываться с магией, но Диман настоял.
Он развернулся и потопал по своим делам, а я по своим.
Первым уроком у нас был немецкий. Я привычно направился к своей последней парте, вертя в голове разговор с Глазом и думая, как отыграть ситуацию с Мальцевыми, которые взяли Хрипящего с сестрицей в оборот, как вдруг обнаружил вопиющую неправильность. За моей партой с удобством расположилась Полина и сейчас вызывающе смотрела на меня, заложив ногу на ногу. Белая блузка перестала казаться строгой, во-первых, потому что она была расстегнута если не до пупа, то до очень хорошего обзора, а во-вторых, дополнялась коротюсенькой юбкой. Похоже, Полина собралась развязывать настоящие боевые действия. Жаль только, не учла, что приз в моем лице завоевываться не собирается.
— Ермолина, ты ничего не попутала? — спросил я и бросил рюкзак на стул.
Садиться я пока не торопился: Полина заняла стратегическое место у окна и с ее стороны стояло разлапистое дерево в кадке, поэтому если она захочет занять другую парту, ей придется лезть через мое место.
— Где хочу, там и сижу, — фыркнула она и поправила и без того аккуратно лежащий учебник немецкого.
— Раньше ты хотела сидеть в другом месте.
— Так это раньше. А теперь я там ничего не вижу. У меня дальнозоркость проявилась, — нагло ответила она. — Могу сидеть только сзади.
— Купи очки, — предложил я.
— Они мне не идут. — Она вздернула и без того курносый нос. — Ярослав, ты меня боишься, что ли? Поверь, я не кусаюсь.
— Ермолина, мне нравится сидеть одному, никто не мешает учиться.
Она звонко рассмеялась, словно я рассказал анекдот.
— Садись уже.
Словно дожидаясь этих слов, зазвенел звонок на урок. Желание переместить Полину вместе со стулом на ее законное место пришлось задавить, не драться же с девчонкой. К ним нужно применять другие методы, чтобы удирали сами. Поэтому я как только сел, сразу положил ей руку на коленку, обтянутую тонюсенькой лайкрой. Аппетитную такую округлую коленку.
— Елисеев, ты сдурел? — зашипела Полина и ткнула меня ручкой в бок так, что я аж подпрыгнул.
— У меня на этом месте всегда рука лежит, — заявил я, демонстративно потирая бок. — Как только увлекусь уроком, сразу автоматически рука опять туда опустится. Тебе это нужно, Ермолина?
Вошла учительница немецкого. Класс недружно встал для приветствия, и Полине ответ пришлось уже прошептать.