Поскольку сценка была рассчитана на двоих, я сделал паузу, давая Полине возможность вставить реплику.
— Как интересно, — протянула она. — А по каким дням там бывают экскурсии?
В ответ я начал заливать, что данный памятник входит во все городские экскурсионные программы, но при желании туда можно пройти самостоятельно в любое время. Хочет ли фройляйн, чтобы я ей его показал лично?
— Разумеется — чуть запинаясь, ответила Полина. — Любая экскурсия с таким гидом будет весьма запоминающейся.
Поговорили мы недолго, немка нас прервала и одобрительно сказала:
— Молодец, Ермолина. Не ожидала от тебя таких педагогических талантов. Мало того что сама учишься на отлично, так еще успеваешь помогать другим. — И добавила в этакой снисходительной манере: — Елисеев, ты тоже молодец. Можете садиться.
Что меня удивило, так это то, что Полина не только благосклонно принимала поздравление со столь успешным обучением меня, но и когда кто-то из девочек съязвил по этому поводу, невозмутимо ответила, что ей поручила со мной позаниматься классная, как с отстающим и позорящим класс. После чего к нашему выступлению на немецком потеряли интерес все, кроме учительницы, которая попросила нас задержаться после урока.
— Признаться, Ярослав, ты меня поразил, — сказала она, приспустив очки на носу указательным пальцем. — Оказывается, если ты не ленишься, то достигаешь успехов. Хотелось бы, чтобы этого твоего запала хватило и на дальше.
— Я от него не отстану, Аделаида Николаевна, — уверила Полина, удивляя меня всё больше и больше. — Он и дальше будет хорошо учиться.
— Хотелось бы в это верить, — с явным скепсисом в голосе сказала немка. — В любом случае, Полина, это было впечатляюще. За такой короткий срок — такие достижения. Не каждый взрослый сможет. У тебя явный педагогический талант.
Как же талант. Наглость у нее безграничная.
— У меня была убедительная мотивация, — напомнил я.
— Какая же, Ярослав? — ободряюще улыбнулась мне учительница.
— В случае успеха Полина пообещала сходить со мной в кино.
Немка рассмеялась, совершенно по-доброму, на мгновение перестав выглядеть стальным утесом, похожесть на который отрабатывала не один десяток лет.
— Согласна, мотивация убедительная, — сказала она. — Поход в кино ты заслужил. Молодцы, ребята, хорошо поработали. Идите, а то опоздаете на следующий урок.
— И что это было, Ермолина? — спросил я, лишь только мы вышли из класса.
— Прикрытие, Елисеев, — ответила Полина. — Тебе же оно нужно?
— Зачем мне прикрытие? — удивился я.
Так-то я бы от него не отказался, но не при таких странных вводных.