— Ошейник пока снимать не буду. С тобой будут разбираться республиканцы. Если они те, о ком я думаю, то всё для тебя закончится хорошо. Знаю, ты не поверишь, убеждать не буду. Трата времени.
От входа уже какое-то время доносились крики и стрельба. Думаю, войска атакующих ворвутся сюда с минуты на минуту. Я сел у стены и расслабился. Пришлось подождать. Республиканцы ворвались в траншеи, но сразу штурмовать блиндаж не стали.
— Эй! В блиндаже! Сдавайтесь! — крикнули снаружи.
Хороший знак.
— Свои! Можете входить. Я здесь всех повязал, — крикнул в ответ.
Снаружи явно удивились, но после короткой перепалки, осторожно вошли. Я выглянул из-за угла, показывая пустые руки.
— Связанные там. Один, раненый, на столе. И здесь одержимая, так что давайте без резких движений.
Ко мне подошёл офицер, чьего имени я не запомнил, и протянул флягу с водой. Пить не хотелось, но я принял и сделал вид, что приложился к ней.
— Придётся подождать. Твой случай, мягко говоря… — он задумался, подбирая слова.
— Я понимаю, — кивнул. — Помимо всего прочего, он вне твоих полномочий. Под стражу, надеюсь, не станешь заключать?
Мужчина сам приложился к фляге.
— Нет, не буду. Ты точно не из армии лоялистов. Я нескольких пленных опросил, о тебе никто не знает. Из всего, что я могу придумать, твоя версия самая правдоподобная. Да и твои действия во время боя тоже показательны. В общем, определим на постой куда-нибудь… — пообещал республиканец.
Республиканцы и лоялисты. Эти слова действительно появились. Конечно, слово «республиканец» шло производным от слова «республика» в моём мире, и здесь имело несколько иное происхождение, соответственно, и дословное значение. Главное, что подразумевающийся смысл вызывал у меня ассоциацию именно со словом «республиканец».
— Спасибо. Скажи, сколько времени прошло со взрыва? По моим ощущениям около месяца или где-то так.
Офицер отрицательно покачал головой.
— Не, мгла начала распространяться почти шесть месяцев назад.
Я мысленно выругался. От идеи сорваться и бежать искать Оли меня останавливало понимание — слишком много времени прошло. Волчицу либо давно уже вытащили, либо давно убили. И суета мало что может изменить.
На постой меня определили в деревянный домик, явно новостройку. Словоохотливый сержант, формально осуществлявший за мной надзор, на деле помогавший обустроится, был так любезен, что рассказал об основных событиях, которые я пропустил.
— Когда стены рассыпались и Верхний Город подорвали — суматоха была, страх! — эмоционально рассказывал вояка. — Одни бросились искать Конрада, другие разбирались, кто там следующий претендент на престол. А затем в Янтау провозгласили создание Республики. Я тогда подготовку в королевские ещё войска проходил. Никто ничего понять не может, у кого паника, у кого страх. У нас в форте наёмники… Ну, братья по оружию, власть перехватили, разъяснили, что да как. Я одним из первых к ним записался, потому что ясно было — война продолжится точно.