— Обсуждать ничего не надо, — сухо отрезал Гига. — Ты уже сделал то, что я потребовал от Альянса. Оставляй Грати и уходи.
На губах проступила слабая усмешка. Очень хотелось бы на это посмотреть: как в следующую же секунду после разрыва связи с Гига ассист от нескольких десятков человек превращает кровавую мантию в решето. Победителем в этой битве выйти точно не получится.
— Боюсь, ты не понял. Или не хочешь понимать. — пальцы медленно, почти нежно, скользнули по алой нити, связывавшей с Грати. — Я не привёл её, чтобы отдать, по крайней мере просто так. Это моя страховка.
Гига чуть выпрямился на своём костяном троне.
— Впрочем, неважно, — продолжил Вилл. — Я здесь для переговоров от лица Альянса. Наши требования…
Он выдержал паузу, взгляд переместился на Грати. Она стояла неподвижно, не сводя глаз с Гига.
— … озвучу чуть позже. Сперва Грати хочет поговорить с тобой.
Брови Гига едва заметно дрогнули. В этот момент Грати сделала несколько шагов вперёд. Носок её сапога почти коснулся тёмно-красной поверхности кровавого круга. Зал наполнился резким лязгом стали — стражники инстинктивно вскинули оружие. Но один раздражённый, едва заметный жест Гига заставил их замереть, а затем опустить клинки.
— Тимур, — начала Грати, и её голос, хоть и тихий, без всякого усилия донёсся до самых дальних углов зала. — Я хочу… Я хочу извиниться перед тобой.
Лицо Гига оставалось непроницаемым.
— Я поступила с тобой очень подло, — продолжила она, и её руки, до этого безвольно висевшие вдоль тела, сжались в кулаки. — И не за то, что сбежала. Наша свадьба… Я… прости. Я согласилась на неё отчасти потому, что искала информацию. Мне нужно было подобраться к тебе ближе, чтобы её найти. И это… был мой повод сблизиться.
По рядам игроков и стражи прошёл едва слышный гул — волна сдержанного, потрясённого изумления. Вилл смотрел на Гига. Его лицо оставалось непроницаемой каменной маской, но желваки, ходившие по скулам, выдавали бушующую бурю.
— Но… — голос Грати смягчился, потеряв твёрдость, — другая часть моего «Да» была настоящей. Я правда была очень счастлива в тот день. И… потом. — Она на миг опустила голову, но тут же вскинула её, вновь встречая его прямой взгляд.
Тело пробила резкая дрожь. Пальцы зашлись в мелком треморе, отказываясь подчиняться. Дрожащей рукой Вилл коснулся флакона с зельем на поясе. В рукаве остро кольнуло — сталь впилась в кожу, оставляя тонкую царапину. Время стремительно таяло. То, что было лишь в голове и мыслях, в любое следующее мгновение должно стать явью.
— Давай обсудим это не здесь, Насть. Хорошо? — спросил Гига, и голос его, лишённый всякой власти и металла, прозвучал непривычно человечно.