— Так и есть. — Сервантес сразу же нахмурился.
— Куда отправляетесь? — поинтересовался капитан, и на его губах появилась хищная улыбка.
— Думаю, вам и так это известно, — спокойно ответил генерал. — Поэтому давайте закончим этот фарс и сразу перейдём к делу. Я человек занятой, вы — тоже, — добавил Матиас, выпуская из трубки облако сизого дыма, который пах пряным табаком, черносливом и косточкой вишни.
— Это мне всегда в вас нравилось, генерал Сервантес, — ответил Диего. — Значит, решили поддержать врага? — прищурившись, спросил он.
— Думаю, вы сами знаете, что нет.
— Хм, интересно. — Перес провёл рукой по жидкой бородке. — С каких пор Жозе Жумельяк, сын Армана Де’Лузиньяна высокопреосвященства Галларии, перестал считаться врагом нашей страны? — с явным сарказмом в голосе спросил молодой контрразведчик.
— С тех пор, когда он помог своему другу сбежать из Кастилии, — проигнорировав тон Диего, ответил ему глава семейства Сервантес.
— И думаете, это хоть как-то оправдывает ваш поступок?
— А я не должен ни перед кем оправдываться. Я хочу вернуть свою дочь, и ради этого пойду на всё, — в той же спокойной манере ответил Матиас, хотя это стоило ему больших трудов.
Этот выскочка ужасно его раздражал, но ему приходилось быть с ним вежливым, ведь связываться с контрразведкой было себе дороже.
— Нет, генерал, вы ошибаетесь! — покачал головой Диего. — Не важно, какими словами вы прикрываетесь, но факт остаётся фактом: вы помогаете врагу, а это — измена родине! — произнёс он. — Вернее, может ей быть, если вы всё же решите закончить начатое, — добавил капитан, и улыбка на его лице стала немного шире.
Было видно, что он упивался своей властью и явно наслаждался моментом.
Генерал западного фронта затянулся, а затем повернулся к Пересу и выдохнул ему дым прямо в лицо.
— Советую вам, капитан, не ссориться со мной, — холодным тоном процедил глава семейства Сервантес, глядя ему в глаза.
— Кха-кха! — закашлялся Диего, после чего помахал рукой перед лицом, чтобы разогнать дым.
— Ох, зря вы так, генерал, — произнёс капитан. — Я вас понял, — кивнул он и, резко развернувшись, хотел было уйти, но внезапно врезался в невидимую преграду. — Ой! — от неожиданности воскликнул Перес.
Он хотел было развернуться, но у него ничего не вышло. Его вдруг сжала невидимая сила и медленно начала сплющивать.
— Генерал! Что вы делаете⁈ — спросил офицер контрразведки, хотя последние слова ему и дались тяжело по причине того, что воздух из лёгких был выбит невидимыми преградами, сдавливающими тело спереди и сзади.
Сервантес тяжело вздохнул, повёл рукой в сторону, и, повинуясь его воле, две невидимые плоскости вместе с человеком, заключённым внутри, медленно приблизились к нему.