— Что вы делаете, госпожа Халевейн? — тихо спросил я, смотря на бледное лицо волшебницы: как бы она ни старалась сохранить самообладание, в глубине ее глаз плескался страх. — Вы мой пульс проверяете?
— Да, — сказала она так же тихо. — По вашей воле погибли люди. Что вы чувствуете?
— Вы знаете что.
Маделиф выпустила мою руку, нахмурилась.
— Вас что-то не устраивает? — поинтересовался я. — Наши враги всей полиции перепрошили мозги, сомневаюсь, что удалось бы вернуть их к нормальному состоянию.
— Не знаю, что меня больше испугало бы, то, что вам безразличны их смерти, или что гибель врагов вас наоборот бы… — Маделиф смолкла, смутившись.
Я уставился на нее, а затем обернулся к Карлфриду.
— Госпожу Халевейн тоже потянуло на философию, замешанную на психологии. Но давайте лучше поговорим о сложившейся ситуации. А еще мне интересно узнать, откуда полиции стало известно о гибели короля.
— Кто-то из прусских магов сообщил, в этом можно не сомневаться, — сказала Маделиф.
— Вы не забываете, что маги-драконоборцы проникли во все Гильдии. Может быть, кто-то затесался к хайдельбергским магам, — заметил я.
Маделиф мрачно кивнула.
— Да, это тоже нельзя исключать.
Мы подошли к сидящим в креслах Ульриху Адельману и Йенсу Беппе. Магов уже освободили от антимагических ловушек, но оба были бледны и, похоже, чувствовали себя не слишком хорошо из-за воздействия полицейских устройств.
— «Обожаю» ослов, добравшихся до верха своей возможной карьеры, — мрачно обронил Ульрих, поглядев на нас. — Полагаю, вы отправили его и остальных идиотов куда надо.
— Очень надеюсь, что избавил господина Беппе от головной боли, и господина Прегиля, если он, конечно найдется, — ответил я.
— Вы думаете, что мы можем опасаться худшего, Ваша Светлость? — Йенс Беппе уставился на меня с испугом — перспектива занять место Прегиля, его, судя по всему, не слишком воодушевляла.
— Спросил бы того полицейского, не он ли виновен в пропаже Базилиуса, но, как метко подметил господин Адельман, осел явно не был настроен на разговоры.
— Надо обыскать полицейское Управление, — сказал Ульрих и поглядел на Маделиф. — Какой протокол, кстати, действует в сложившейся ситуации?
— В законодательстве Пруссии, если не ошибаюсь, управление переходит главе Гильдии, пока не будет назван наследник престола. Так что регентом в данной ситуации становится господин Беппе.
Йенс Беппе скривился так, словно целиком съел лимон, обвел нас взглядом, в котором явно отражалась почти что паника. Что наверное было неудивительно. Йенс, хотя и являлся правой рукой Прегиля, был достаточно молод.