— Ого, — только и сказал Финбарр.
— Но я вроде это уладил.
— Тогда зачем мы едем в Хайдельберг? — с непониманием сказал Финбарр.
— Тею хотели убить, — мрачно сказал. — Точнее именно это и сделали. Она выжила чудом. Надо найти убийцу.
У Финбарра глаза от изумления разве что на лоб не полезли.
— Как⁈ Это случилось прямо в Гильдии⁈ Среди сотен светлых магов⁈
— Именно так. Глава Гильдии Ульрих Адельман считает, что среди его магов затесался предатель. Хотя, честно говоря, еще сегодня утром его Гильдия выглядела как проходной двор. Они там слишком долго жили с ощущением собственной неприкосновенности и превосходства. А подобное до добра не доводит.
Финбарр посмотрел на меня и хмыкнул.
— Ты там библиотеку им не сжег? — поинтересовался он с усмешкой.
— С трудом удержался, — улыбнулся я и снова помрачнел. — На самом деле, всё довольно серьезно, Барри. Будь крайне осторожен и не доверяй там никому.
— Даже магам из Фризии?
— Даже им. Один у меня, кстати, вызывает вопросы. Еще с двумя надо бы потолковать. А то до этого они вели себя как два молчуна.
Кузен покивал. А я стал просвещать его в подробности приключившегося с Теей несчастья. Финбарр мрачно выслушал.
— Если тот маг был в курсе, что я тебя сопровождаю, он мог подчистить за собой. И тогда я ничего не учую, — заметил кузен.
— Будем надеяться, что этого не произошло. В любом случае, твое присутствие там будет не лишним.
Мы ненадолго замолчали. Потом заговорил Финбарр, рассказывая про замок и выражая восторги. Слушая о его исследовании замка, я невольно улыбался. Так мы добрались до Хайдельберга
Когда мы въехали в город я глянул на часы. Было уже половина десятого вечера. Малоэтажный нижний город, вытянувшийся вдоль реки сиял ночными огнями, слабо отражавшиеся в черной воде Некара. Туман сочился с обеих сторон реки по лощинам холмов, стекал в реку. Дождь давно стих, но где-то не так далеко грохотало. Я, прислушавшись, нахмурился и прибавил газу.
«Бронко» обогнул холм. И мы увидели замок Хайдельберга, окруженный красным защитным куполом. По куполу ударяли молнии и плазменные шары всевозможных оттенков — ослепительно белого, насыщенного голубого, бледно-аметистового и пурпурного.
— Да какого черта, — выругался я.
— Что происходит, Харди? — спросил Финбарр, глядя на развернувшуюся перед нами эпичную атаку.
— Полагаю, что это ирландским магистрам все неймется. Хотя, знаешь, я уже не так уверен, что это только они. Слишком много поставлено на кон.
— И что?
— Власть.
— А раньше их все устраивало? — пробурчал Финбарр, с опаской смотря как приближается к нам место битвы.