Она прекратила бомбардировку, и избегая острых зубов, спикировала вниз, со всей дури клюнув Ратмира в голову.
— Кар! — победоносно раздалось над поляной, и ворона опять начала примериваться для очередного клевка, а я почувствовал, как после её атаки из меня резко хлынула энергия по связывающей нас нити.
Оборотень отвлекся на пытающуюся его достать птицу, на некоторое время выпустив нас из вида. Этим моментом решили воспользоваться берендеи, но вместо того, чтобы забраться на ближайшие деревья, Фрол с Миколой додумались атаковать волколака.
Странные они какие-то: то — говорить хотят, то — драться. Выбрали бы уж что-нибудь одно и придерживались стратегии.
Едва успел остановить косматых.
— Это наш шанс, — прогудел Фрол.
— Какой шанс? Что вы собрались делать?
— Нет больше Верховного волколака, — с обречённой грустью произнёс Микола, — Остался дикий зверь и его стая… Никто из них не может перекинуться обратно. Они все утратили разум. У нас один вариант — завалить Ратмира.
— Я бы так не сказал. Стойте на месте и не вмешивайтесь.
Ой, идиоты! Сила есть — ума не надо.
Ну, справятся они с главой стаи, хотя я в этом сильно сомневаюсь.
Дальше-то что?
Даже если берендеям невероятно повезёт, и победа окажется за ними, остальные волколаки никуда не денутся. Наоборот, без вожака, который сейчас их контролирует и не позволяет кинуться в бой, разорвут нас в клочья, не дав возможности опомниться.
По берендеям было видно, что они напуганы. Их лица приняли ещё больше звериных черт. Они готовы были полностью перекинуться, что могло привести к нежелательным последствиям, но сейчас моих спутников данный факт волновал мало. Страх смерти практически перевесил здравый смысл, поэтому, я зарычал на них не хуже волка, и оба здоровяка попятились назад, не ожидая от меня подобной выходки.
В отличии от них я не ощущал паники, скорее — любопытство от того, как скоро у нас получится совершить задуманное. У нас — это меня и Каркуши.
С каждым клевком вороны в волколака вливалась преобразованная энергия, пусть по крупице, но возвращая разум в обезумевшего зверя.
Всё же у меня не простая птица. В Каркуше заложена частичка сути Стефании, а это — кое-что значит.
— Гррр-рр, — уже тише прорычал волколак, а я понял, что из меня опять выдернули пучок энергии.
Самое интересное, я почти не чувствовал её расхода, вернее не так — я ощущал, как она перетекала по связующей нити к вороне, но тут же замещалась новой.
Откуда?
Ответ оказался прост.
Воздействие рун, нанесенных на мою кожу ведьмами.
Какие умницы. Прямо, как знали, что мне не помешает лишняя защита, хотя… тут кроме защиты, похоже, ещё немало намешано. Надо будет при случае, спросить, что они мне там нацарапали.