— Так может это его душа у вас в деревне колобродит?
— Нет, — твёрдо произнёс батюшка, — Он верующим был, да и отпевание я проводил сам. Всё как положено. Кто-то другой людей губит. Наверняка из пришлых, и сдаётся мне, не один.
— Почему так решил?
— Не знаю, но чуйка меня редко подводит.
— Что же, разберёмся на месте. Жаль только, что в середине дня поехали. Лучше бы на ночь глядя.
— Тьфу на тебя! Ночь — бесовское время.
— Как раз то — что надо, но да ладно, сейчас тоже можно.
Днем Навьи менее активны. С одной стороны — для меня проще с ними сладить, с другой — в тёмное время суток они более разумны и контактны. Главное, не переборщить, пока буду отлавливать неприкаянные души. Они точно станут сопротивляться, а в связи с тем, что я получил сегодня новую порцию силы, могу потерять контроль и случайно их развоплотить. Придётся действовать очень осторожно.
Спустя полчаса езды по просёлочной дороге, по кочкам и буеракам, мы практически благополучно, за исключением моего отбитого зада, добрались до Перловки.
— Приехали, — констатировал церковник, — С чего начнём?
Честно говоря, я сам не представлял, с чего можно начать. Необходимо было пройтись по деревне и посмотреть своими глазами на происходящее. Может, тут ничего не было, и Григорию Фёдоровичу только показалось, что в смертях жителей деревни виноваты Навьи.
— Пойдёмте, прогуляемся, — предложил церковнику, на что тот задумчиво кивнул.
Воздух был пропитан запахами прелых листьев, дыма из печей и свежескошенной травы.
Тишина, нарушаемая лишь редким криком петуха или шорохом листвы, навевала покой. За забором: то — там, то — тут, мелькали фигуры местных жителей.
Вздохнул полной грудью и тут почувствовал ЭТО. Среди, казалось бы, безмятежного умиротворения, я отчетливо ощутил тонкие нити напряжения и страха, исходившие от местных обитателей.
Люди были напуганы. Уверен, что ещё и батюшка внес в их чувства свою лепту. Наверняка, разглагольствовал о душах, выпивающих жизнь односельчан.
— Скажи, Григорий Фомич, ты беседовал с прихожанами по поводу Навий? Давал им наставления?
— А как же, — кивнул в ответ батюшка, оглаживая свою длинную бороду и степенно вышагивая рядом со мной, — Не должны они находиться в неведении. Пришлось просветить малехо, чтобы не пугались, да глупостей не делали?
— Это каких глупостей?
— Так это… — замялся церковник, — Петька Симонов сразу смекнул, что дело нечисто и начал панику разводить. Мол, надобно в город ехать. Колдуна по объявлению нашел. Хотел к нему обращаться. Деньги стал с соседей собирать, чтобы, значит, заплатить бесовскому отродью.