Где я?
Я попыталась приподняться. Рука утонула в чем-то колючем и шуршащем. Сено. Я лежала на сеновале.
Паника, холодная и липкая, начала подниматься из желудка к горлу. Похищение? Конкуренты вытащили меня из реки и спрятали в какой-то дыре, чтобы шантажировать? Это было вполне в духе девяностых, но сейчас? В двадцать первом веке?
— Эй! — попыталась крикнуть я, но из горла вырвался лишь хриплый стон. Голос был чужим. Более высоким, звонким, хотя и осипшим.
Я села, стряхивая с себя соломинки. Голова кружилась. Я опустила взгляд на свое тело и замерла.
На мне не было моего дизайнерского брючного костюма от *Armani*. Не было шелковой блузки. Я была одета в какую-то грубую, длинную рубаху из небеленого льна, расшитую по вороту красными нитками. Ткань натирала кожу, была жесткой и неприятной.
— Что за черт… — прошептала я, хватаясь за ткань. Это шутка? Какой-то извращенный квест?
Мой взгляд скользнул к рукам. И вот тут мир действительно рухнул.
Это были не мои руки.
Мои руки были ухоженными, с идеальным маникюром, кожей, привыкшей к кремам за сотни долларов, и тонким золотым браслетом на запястье. Эти же руки были… рабочими. Кожа загрубела, обветрилась. Ногти были коротко острижены, под ними въелась грязь. На указательном пальце правой руки виднелся свежий порез, уже затянувшийся корочкой. Ладони были широкими, крепкими, мозолистыми.
Я поднесла эти чужие руки к лицу, рассматривая их с ужасом, который невозможно описать словами. Это не грим. Это не перчатки. Я чувствовала, как подушечки пальцев касаются моего лица, и это касание было грубым.
Я вскочила на ноги, игнорируя головокружение. Меня шатнуло, я ухватилась за деревянную опору.
— Зеркало! Мне нужно зеркало! — закричала я, не узнавая собственного голоса.
Я огляделась. Сарай был огромным, темным. В углу стояли какие-то сельскохозяйственные орудия — грабли, вилы, странные деревянные конструкции, названия которых я не знала. Внизу, под помостом, где я проснулась, слышалось мычание коровы и тихое квохтанье.
Я спустилась по шаткой лестнице, чуть не запутавшись в длинном подоле рубахи. Босые ноги ступили на земляной пол, холодный и влажный. Грязь тут же забилась между пальцами. Омерзительно.
У выхода из сарая стояла большая деревянная бочка с водой. Я бросилась к ней, упала на колени и заглянула внутрь.
Темная вода дрогнула, отражая мое лицо.
На меня смотрела незнакомка.
Ей было не больше восемнадцати. Круглое, чуть скуластое лицо, большие серые глаза, обрамленные светлыми ресницами, пухлые губы, которые сейчас дрожали от ужаса. Длинная, толстая русая коса, растрепавшаяся после сна, падала на плечо.