Ещё один момент, о котором нужно было помнить при выборе — это руны. По уму, мне сейчас кровь из носу надо запомнить больше рунических плетений высокого уровня, чтобы уже позже в спокойной обстановке проанализировать их и научиться применять на практике.
Я уже приближался к тому, чтобы начать использовать рунику в рейдах на постоянной основе.
Именно поэтому сосредоточился на способностях, использующих рунные плетения в своей основе. И после недавнего сражения мой выбор пал сразу на два навыка. «Рунический снаряд », внутри которого содержались атакующие плетения, и « рунический рывок» , благодаря которому мне удалось выбраться из не самой простой ситуации.
Конечно, не забывал я и про «маяк Войда », а также « домен рунного мастера боевых искусств» , но по здравом размышлении решил пока отложить их поднятие до лучших времён.
С рывком и вовсе выходила интересная ситуация, он был у меня сейчас пятого уровня, и до его максимальной прокачки оставалось всего три очка. А с восьмым уровнем навык качественно усиливался. Это многое меняло. Как и то, что я получал при поднятии навыка до семи.
Рывок ещё меньше потреблял очков магии, увеличивалось расстояние, на которое можно было прыгнуть почти до пятнадцати метров, и, что важнее, становился куда быстрее, превращаясь практически в телепортацию. Самое серьёзное усиление из того, что имелось у меня сейчас.
Наконец, взвесив всё ещё раз, я всё-таки остановил свой выбор на рывке. Слишком много хороших плюсов. А с восьмым уровнем этот навык станет и вовсе для меня основным. Подняв его до седьмого уровня, подтвердил свой выбор и уже в следующий миг провалился в вихрь чужих воспоминаний.
И на этот раз сон-явь перенёс меня в тело неизвестного мужчины. Он не выглядел как наставник или учёный. Скорее, как солдат и находился в большом полевом лагере беженцев посреди каменистой пустыни. Окружающая обстановка, мягко говоря, не радовала. В лагере царило настоящее уныние и подавленность.
Я видел уставших, измученных людей, на лицах которых был хорошо заметен отпечаток сильного голода. По импровизированным улицам то и дело проезжали обозы с телами умерших, и их было много. Грязный ручей протекал совсем рядом, там то и дело происходили стычки между теми из беженцев, кто ещё сохранял силы.
Непонятно, почему люди оказались в таком положении, но то, что лагерь был просто огромным, несомненно. На то, чтобы пересечь его и выйти к окраинам, у мужчины уходило больше получаса.