Бам! По его голове ударила доска. Прилетела размашисто, откуда-то сзади из темноты. Череп всхлипнул, будто доска его пробила. По лбу ошарашенного пшека потекла струйка. Он выпучил глаза и что-то пытался сказать, но через секунду упал замертво, напоследок выдохнув с шумом.
Доска же будто прилипла к его голове. Что за хрень? Ко мне подскочила Злата и повисла на шее.
— Хорошо ты его приложила, — удивленно пробормотал я, обнимая ее. — Доской с одного удара на тот свет отправила.
— Там гвоздь был, — ухмыльнулась Злата стараясь держаться молодцом, но по дрожащему голосу и по трясущимся рукам, все же было видно ее состояние. Не каждый день человека убиваешь. Да еще доской с гвоздем.
«Хрен знает, на кого ты работал, Оглобля, но заметно, что к порядку ты был не склонен…» — подумал я, осматривая подземное жилище безвременно почившего пшека. Очень надеялся, что подвал сообщается с системой подземелий, но увы. Метров через десять коридор школьного подвала был наглухо завален. Да и вообще не был похож на те старые туннели.
Вот в этом остатке коридора Оглобля и устроил себе спальню. Ну, если можно так выразиться… Матрас тут, во всяком случае, был. И еще стояли вещи в нескольких коробках. И просто валялись на полу. Мусор и всякая кирпичная крошка были небрежно сметены к одной стене. По принципу «убирал, убирал и устал». Был бы тут на полу ковер, под ковер бы явно замел. В общем, не склонен был пан Оглобля к порядку, что ж… А жаль, бл*ха! В порядке как-то обыск проще проводить, чем среди сплошного хаоса. И как тут вообще что-то искать?
— Будем этого тоже… Разрисовывать? — спросила Злата, не глядя в сторону завалившегося на бок мертвого поляка. Глаза уже остекленели, пустой взгляд уставился на стену. Один мой приятель считал, что перед тем, как умереть, мертвец старается выдать свои тайны, чтобы не унести их с собой в могилу. Поэтому всячески старается давать знаки, нужно только уметь их толковать. Я скользнул лучом фонаря в ту сторону, куда был направлен взгляд мертвого Оглобли.
Сплюнул зло. Я серьезно, вообще⁈ Гришка Протопопов был известный дурак и провокатор, наверняка всю эту чушь, что он вещал нам с таинственным видом, он просто выдумал из головы. И ржал мысленно, когда мы с ним спорили или слушали, развесив уши.
Ясен пень, на стене ничего не было особенного. Черные пятна плесени, следы облупившейся краски, шляпка гвоздя, наполовину вылезшего из доски. Давай, дядя Саша, развали стену еще в этом месте в поисках тайного хода, ага… Так и скажи, что тебе просто среди срача, который тут Оглобля развел, копаться не хочется.