— Так это твой, личный?
— Да. Но держу его с корпоративными вместе. Максим присматривает.
Парень, оказавшийся Максимом, уже ждал на набережной. Змей попросил его сделать несколько снимков, нас вдвоем на катере. А потом мы поехали в маленький загородный ресторанчик, где просидели почти до закрытия. Вернулись домой, занялись любовью – уже по-супружески…
В мои грезы ворвался телефонный звонок.
Кит? Что-то случилось? Он поздравил нас, когда мы вышли из загса, от себя и от жены. Сегодня вечером мы ждали их на банкет.
— Мамуль, привет. – Мне хватило двух слов, чтобы настроение погасло, как перегоревшая лампочка. – Не помешал? Извини, мне очень жаль, но мы сегодня не приедем.
Ксения Валентиновна
Разумеется, в ресторан я не собиралась. Если бы Дима позвонил, сказала бы, что плохо себя чувствую. Но он не звонил и не писал.
Чувствовала я себя и правда не лучшим образом, хотя и не настолько плохо, чтобы не пойти. Просто не хотела. Пойти – признать свое поражение. Поэтому предпочла остаться дома, в окопе.
Ирочка, конечно, обрадуется. Дима – расстроится. Ну, мне хотелось верить, что расстроится, а не обрадуется с ней за компанию. Жаль, конечно, его огорчать, но выбрав эту оторву и наплевав на мое мнение, он огорчил меня гораздо сильнее.
В общем, я лежала и смотрела сериалы по всем каналам. Абсолютно глупые. И собственная жизнь в итоге тоже начала казаться таким же глупым сериалом.
Я выросла в состоятельной семье, отец был профессором химии, академиком. Мама получила диплом инженера, но не работала ни минуты. У нас была домработница Клава, а для генеральных уборок приглашали девушек-лимитчиц. Меня с детства учили всему – музыке, рисованию, иностранным языкам, но я ни в чем особо не преуспела.
Школу окончила средненько – в этом, разумеется, винили мою дружбу с Ингой, которая «плохо влияла». В институт меня «поступили» — на искусствоведа, но учиться было страшно скучно. Зато нравилась развеселая студенческая жизнь. Очень даже богемная. В одной из таких компаний встретила Толика – красавчика, к тому же из нашего круга, родители одобрили.
Выскочила замуж, родился Димка. Толик, едва стало можно, вместе с отцом занялся бизнесом, и они очень быстро поднялись. Отец его в советские времена занимал высокую должность в Балтийском морском пароходстве, вот в этом направлении они и двинулись. Толик тогда еще смеялся: мол, я стану Онассисом, а ты – Онассиськой. До таких высот, правда, не доросли, но их частная судоходная компания вполне процветала, обрастая мелкими сопутствующими фирмочками.