— Я вам не верю.
Она берет мою обменку, открывает в самом начале, на вклеенном заключении узи, сделанном на первом приеме.
— Карта была у вас. Вы же не думаете, что я в сговоре с вашими родными с самого начала?
Ее палец подчеркивает два слова: «синдром Ашермана» с вопросительным знаком в скобках.
— Что это значит? – Губы шевелятся с трудом.
— Спайки из соединительной ткани в полости матки. Хорошо, что вам вообще удалось забеременеть. Сейчас их немного, и они не мешают плоду развиваться. Наблюдение необходимо, возможны осложнения при родах, но в целом прогноз благоприятный. Потом может потребоваться оперативное лечение, если захотите еще ребенка. Если же беременность прервется, то травматизация слизистой усугубит процесс. При естественном прерывании меньше, при искусственном сильнее. Если не верите мне, могу пригласить других врачей. Или сами найдите того, кому доверяете. В конце концов, почитайте интернет.
Она встает и идет к двери, но останавливается на пороге.
— И вот что еще, Людмила Алексеевна. Возможно, перспектива бесплодия вас не пугает. Но имейте в виду, что при попытке прервать беременность… неквалифицированным способом кровотечение может быть фатальным. Его просто не удастся остановить. Я не запугиваю, а предупреждаю.
Я остаюсь одна. За окном мерный гул проезжающих по проспекту машин. Пытаюсь убедить себя, что все это вранье, но не получается. Беру телефон, набираю в поиске «синдром Ашермана», читаю. Все так, как она сказала.
Заглядывает медсестра, спрашивает, пойду ли я обедать в столовую или буду есть в палате.
Ну да, это не какой-то там государственный роддом! И просить не надо, принесут и в рот положат. За все заплачено.
Отказываюсь – говорю, что не хочу. Она не настаивает.
До самого вечера лежу и смотрю в потолок. На ужин приносят что-то вполне съедобное, но аппетита нет, заталкиваю в себя через силу. Если утром будет тошнить, то хоть не на пустой желудок.
В общем… хочешь не хочешь, а придется рожать. Ну а дальше? Дальше посмотрим.
Ирина
Неделя пролетела как один день. Море, солнце, тонны фруктов, экскурсии, экзотическая еда – все это фоном или приправой к сексу.
— Змей, я даже в молодости столько не трахалась, — сказала, растекаясь от его ласк. Во всех смыслах растекаясь. – Ты прямо энерджайзер.
— Во-первых, мы молодожены, нам положено, — ответил он, притормозив. Потому что продолжать и говорить одновременно было бы проблематично. – Во-вторых, батарейка – это ты. Я от тебя заряжаюсь. Насчет молодости… не скажу. Не помню.
— Ага, дедушка старенький, в маразме. Как в анекдоте, склероз замучил. Когда пришел исполнить супружеский долг пятый раз подряд. А я, наверно, заряжаюсь от тебя.