В прихожей я встретил завершивших свои беседы женщин. Рита предложила, чтобы я задержался ещё «на полчасика» — я ответил, что меня сегодня ещё ждала работа. Рита снова поблагодарила меня за торт (который лично мне показался совершенно невкусным, хотя Вася и Аркадий ели его с видимым удовольствием). Высказала надежду на то, что мы скоро снова встретимся. Кудрявцева нахмурила брови и заявила, что тоже поедет домой. При этом она покачнулась, прислонилась плечом к стене. Рита и Аркадий в один голос ей сказали, что она останется до утра у них дома. Рита заявила Вале: они поедут завтра на работу вместе.
Кудрявцева покачала головой и шагнула к своей обуви.
— Кудря, куда ты сейчас пойдёшь⁈ — сказала Рита.
Она придержала едва не свалившуюся Валентину и добавила:
— В таком-то состоянии.
— В нормальном я состоянии! — огрызнулась Кудрявцева. — Будешь и ты в таком состоянии, когда женишок тебя бросит.
Валя бросила злой взгляд на лицо Александрова, сунула ноги в туфли. Ухмыльнулась и тут же громко икнула. Схватилась рукой за вешалку — та пошатнулась, но удержалась на стене.
— Красавчик меня проводит до общежития, — заявила она. — До самой комнаты. До кровати. Да, Красавчик?
Она дыхнула мне в лицо — я невольно отклонился назад.
Вешалка снова задрожала.
— Не переживайте, — сказала Кудрявцева. — Ничего плохого со мной не случится. Вот какой здоровый парень со мной поедет. Поможет несчастной брошенной женщине добраться до дома. И ещё… поможет.
Валя протянула в мою сторону руку. Не дотянулась до моего плеча — просто махнула рукой. Посмотрела мне в лицо, чуть приподняла подбородок (будто продемонстрировала мне свою шею), улыбнулась.
— Ничего плохого со мной не случится, — повторила Валентина. — А если что-то и случится, то очень даже неплохое. Должно же и мне повезти. А не только рыжим девицам и всяким там бездарным актрискам.
По пути к метро Кудрявцева прижимала к своей груди мой локоть. Она выпустила мою руку лишь у турникетов метро. На эскалаторе Валентина смотрела мне в глаза и улыбалась. Испачкала помадой мою рубашку: стояла на ступень ниже меня — не дотянулась губами до моего лица. Валентина не умолкала ни на минуту. Жаловалась мне на свою «несчастную» жизнь, ругала Давтяна, сыпала колкости в адрес Нади Петровой и Елены Лебедевой. Я заметил, как усмехнулись в вагоне метро наблюдавшие за нами молодые пассажиры. Пассажиры старшего возраста нахмурились и осуждающе покачали головами.
У выхода из метро мы столкнулись с патрулём народной дружины. Дружинники насторожились при виде повисшей у меня на плече Кудрявцевой. Взглянули на меня, завистливо вздохнули. Я кивнул — поздоровался с ними. Дружинники кивнули мне в ответ. С претензиями к нам они не сунулись. Как не заинтересовались нами и остановившиеся около метро милиционеры. Охранники правопорядка обменялись шуточками, посмеялись. Дружинники стрельнули у милиционеров папиросы, закурили. Я взглянул на часы и неспешно повёл по-прежнему не умолкавшую Валентину в направлении общежития завода «Слава».