Как там было в реальной истории неизвестно, но скорее всего, и там золотоордынцы выступили на стороне киевских князей Станислава Киевского и Олега Переяславского, происходящих из путивльских Ольговичей. (Ветвь дома Рюриковичей, произошедшая от князя Олега Святославича, внука Ярослава Мудрого). Но тут разозлённый неудачей под Каменцом и данью мышиными шкурками хан Узбек приведёт большое войско. Вернее, он про Гедимина ничего не знает и пойдёт войной на Андрея Юрьевича. Нда! А там ого-го какое войско встретит. И надо бы как-то так устроить, чтобы сначала Гедимин с ордынцами сразился, а уж потом галичане и волынцы поганых добьют.
Идеальным вариантом было бы почти полное истребление, как войск Гедимина, так и войск Узбека с Ольговичами.
И вот теперь все эти рассуждения можно выбрасывать коту под хвост. Да, поделись с богом своими планами, рассмеши его. Второго сентября прискакал гонец с Перемышля и принёс печальные вести.
— Княже, на твои земли жупаны напали. Зорят селища и смердов в полон угоняют. В Перемышле в осаде сидят всего три десятка воев, а так в основном смерды и горожане ополчённые. Когда я уезжал, пришла весть, что и Самбор жупаны осадили.
— Жупаны? — блин блинский! Ведь князь Андрей Юрьевич должен знать, кто такие «жупаны».
— Они, княже, совсем унгры нас бояться перестали! — оскалился гонец.
Вона чё⁈ Вспомнил Виноградов, кого жупанами называют. Это шайки венгров, которые грабили приграничные с Венгрией земли ляхов и русов. Та же самая шляхта, только венгерская. Соберутся несколько дворян, возьмут с собой с сотню воев, нападут, пограбят беззащитные сёла, уведут в рабство к себе крестьян. Женщин всех снасильничают, стариков поубивают. Если смогут с наскока город взять, то и его ограбят.
— Долго ли добирался? — карт как не было пять месяцев назад, так и нет. Есть очень приблизительная схемка. Сейчас на неё Виноградов и смотрел, через Львов до Самбора вёрст сто восемьдесят.
— Два дня, княже, двух пристяжных коней загнал.
Мечеслав Дедько — теперь уже не просто выживший в сече под Каменцом сотник, а настоящий воевода, прибежал вслед за гонцом и стоял рядом тяжело дыша.
— Збираемся, княже⁈
— Естественно. Всех… Подожди, воевода. Мысль мне пришла. Нет, ты свои… все три с половиной сотни, срочно собирай и выдвигаемся. А вот дальше? У нас есть полторы сотни арбалетчиков с копейщиками. Есть десять тяжёлых арбалетов, есть десяток спецназовцев, и есть двести семьдесят милиционеров. Вояки из молодёжи этой пока никакие, но пленных сопровождать и венгерских крестьян гнать сюда могут же. Из них почти сотня конных. Если жупаны эти побегут, то преследовать и добивать в спину смогут. Всех берём. Ну, этих я на тысяцкого повешу. А ты с дружиной готовься через пару часов выезжать.