— Авось к утру обойдется, чтобы вас кобыла копытом облизала…
При этом чувствовал себя со всех сторон виноватым, хотя формально виновным не являлся. Ну как… разве самую малость…
Утро началось стандартно, Лекса немного проспал, но отлично выспался, плеснул в лицо водичкой и отправился в домашний садик на спортплощадку — каждое утро он два часа посвящал физическим упражнениям, несмотря на погоду и время года.
Но в саду обнаружил Боню и Гулю. Супруга, уже в китайском наряде, который, надо понимать, она реквизировала у соперницы, изволили чаевничать в беседке, а Бонечка ей манерно и церемонно прислуживала. Обе не обращали на Алексея ровно никакого внимания.
Лешка обрадовался, подошел, чтобы объясниться, но тут…
Обе девушки заламывая руки, со страдальческим воплями и причитаниями сразу же бросились бежать.
Звучало все это примерно так:
— Я тебя отдала сердце и молодость, а ты воспользовался моей наивностью, подлый мерзавец, узурпатор, негодяй и тухлая черепаха, уу-у, глаза мои бы тебя не видели, сволочь…
— Твою же кобылу… — бессильно выдохнул Лекса. — Совсем сбрендили идиотки?
Но потом плюнул и взялся за упражнения, мельком заметив, что девы тут же вернулись в беседку и принялись его беззастенчиво разглядывать.
«Сговорились, заразы… - зло думал Лешка, свирепо колотя боксерскую грушу. — Ну да ладно, не на того нарвались…»
Ситуацию он решил пустить на самотек, а на дам не обращать внимание. Совсем. До разрешения ситуации, по существу. Пусть сами на поклон идут.
Завтраком его девы вовсе не собирались кормить, но тут пришла на помощь Лю Сяо и увела Лексу к себе на кухню.
Но только Лешка отправил в рот первую порцию гречневой лапшички размазни, как из двора опять понеслись страдальческие вопли.
— Да чтоб вас… — Алексей вскочил и узрел, как Гуля свирепо таскает Бо за волосы, попутно охаживая ее тапком, а Боня жалобно причитает.
— Ай-ай, не бейте меня, госпожа старшая жена! Пожалуйста, не бейте…
Первым желанием было бросится на помощь, но Лешка чудом удержался. Сценка была исполнена очень талантливо, но одновременно фальшиво. Со стопроцентной вероятностью «избиение» было подстроено.
Неожиданно за спиной прогремел мощный, но мелодичный бас:
— Господина, слушай меня, моя господина!
Лекса вздрогнул и обернулся.
— Твоя верная Лю Сяо скажет правду! — кухарка экспрессивно потрясла кулаками. — Этот злой, подлый и хитрый лисица-девка недостоин тебя, великий полководец Лан!
Лешка невольно залюбовался Люсей.
Лю Сяо напоминала собой скандинавскую валькирию в китайском варианте. Настоящая богатырша, при этом удивительно грациозная и фигуристая. Сейчас ее миловидное лицо пылало праведным гневом, что только добавляло привлекательности.