Прилетевший в незащищённое открытое пятно сбоку от группы огненный заряд взорвал и вздыбил лёд, разломав его и частично превратив в мелкую шугу, заполнившую полынью в десяток метров.
Что, носатые? Когда под тобой вместо надёжной тверди, внезапно оказывается ледяная водичка — это бодри-и-ит…
Я с разлёта нырнул в полынью и сразу же перекусил барахтавшегося инку, тот так удачно оказался — прям перед пастью. А дальше рулил Зверь. Оказывается, плавает белый медведь под водой очень быстро и, как бы сказать — манёвренно. Так что ещё трёх мы совершенно безнаказанно порвали когтями. А потом я из-подо льда увидел ведущего бой инку и прямо из воды пробил его ледяным шипом.
Надо наружу. Воздух кончается.
Ага.
Я подплыл к краю полыньи. И, рванув воду лапами назад, вылетел на лёд. Вот только добежать до ближайшего инки мне не дали. С неба метеором упал Дашков и буквально снёс стоящие на льду треугольники-леталки. Во все стороны как сыпанёт ошмётками! И одним таким снесло именно того инку, на которого я собирался напасть. Так он и остался — полусидя, пробитый насквозь кривым обломком. Уж не знаю, железка это или нет, но ему хватило. А потом инки кончились. Не все, конечно. Но кучка, сбившаяся вокруг экзотически выглядевшей дамочки, уже не выглядела такой самоуверенно-опасной, как вначале.
Они, конечно, переливались радужными веерами щитов, но судя по тому, как к ним шли Сокол, Витгенштейн, хромающий волк Багратион ну и ваш покорный слуга, как нареза́л круги в небе Дашков — мы одержали победу. Это вам, с-суки, не гражданских слёту кончать. Тут маги! Элита, мать его!
— Сдавайтесь! Принцесса, ваша смерть ничего не даст!
Вот зря Петя про смерть… Дамочка шагнула вперед и двумя движениями своих острых когтей вскрыла глотки защищавших её воинов. И сразу налилась жёлтым светом. Нормальная у них награда за преданность…
— Не поможет! — Сокол вышел вперёд, отряхнул с плеч снег. И глаза как огненные угли сияют. Чистый ужас. — Вырастать в размере не советую — под нами полкилометра ледяной воды. Как тебя там? Чикуилья? За нападение на подданных Российской империи вам всё равно минимум каторга. А можете сдохнуть здесь! Уж это мы вам гарантируем!
С рёвом, в котором не было ничего женского, инка прыгнула на Ивана. Затем, чтоб нелепо повиснуть в воздухе. Мелькнули белоснежные зубы и на лёд упали сначала кисти рук, а потом ступни.
Айко в своём репертуаре.
Ага.
Принцесса изломанной куклой рухнула на лёд. А над ней медленно проявилась старшая лиса в своём боевом обличье.
— Господи, какая красивая! — пробормотал Витгенштейн.