— Отчим — это предупреждение, — добавил Германн, пока я медлил с ответом.
— Значит это они подослали убийцу?
— Уверен, что да.
— Решили просто застрелить? Не сжечь, не свести с ума, вообще не использовать магию?
— Если бы они использовали магию, то организация по контролю магических сил включилась бы в расследование. А сейчас все выглядит вполне реально. В «Союзе» можно найти ни одного человека с опытом участия в войне в Афганистане. И с оружием под подушкой.
Аристократ встал с кровати, оставив пачку денег на месте.
— Подумай. До понедельника время есть.
— Я не уеду, — сказал я, когда Германн уже шел к выходу.
Он остановился. Обернулся.
— Я не могу оставить тебя в клане.
— Я знаю.
— Нет, не знаешь, — он подошел ко мне и схватил за плечи. — Ты должен уехать, Костя.
— Какая вам разница? Вы сказали, что примите условия ультиматума. Вперед.
— Ты не понимаешь… — он отпустил меня и разочарованно помотал головой.
Кажется я поставил аристократа в крайне неудобное положение. Видно, что старик не хочет войны кланов. Но при этом он так упорно пытается сбагрить меня, что у меня закрадываются подозрительные мысли. Можно было бы воспользоваться шансом и в обмен на обещание уехать затеять с ним разговор об Элаизе. Только тогда этот разговор будет лишен всякого смысла. Если я пообещаю ему, что уеду.
— Константин. Я скажу тебе прямо. У тебя нет вариантов остаться. Если ты откажешься сейчас, то мои люди заведут тебя в самолет силой.
С каждой репликой наш разговор все больше заходил в тупик. Германн все больше забывал, что я долгое время был ему верен. А сейчас терял голову.
— Я знаю в чем дело, — догадался я. Не дожидаясь реакции, продолжил: — Я не в курсе насколько могущественны кланы, которые жаждут отомстить мне. Но их количество становится для вас серьезной проблемой. Однажды, вы приняли меня под крыло и пообещали защищать. Если сейчас кто-то узнает, что вас вынудили изгнать меня из клана и руки других аристократов все-таки добрались до меня, то это сильно ударит по вашей репутации. Вы не можете допустить этого и поэтому пытаетесь сплавить меня из города всеми правдами и неправдами. Я прав?
Германн хотел улыбнуться, но сдержался. В очередной раз. Это бы означало полное подтверждение моих слов. Я не хотел заставлять старика оправдываться перед десятилеткой, поэтому продолжил:
— Я не уеду из города. Просто потому, что не могу оставить своих родных здесь. В ловушках, в которые они угодили.
На самом деле не только это заставляло меня остаться в городе.
Теперь мне хотелось отправить на Казачью заставу не только Кипятка. Но и всю шайку, которая сговорилась против пятиклассника и теперь портит ему жизнь. Коломийцы тут точно не при чем. Их понять можно. А вот Кипяток, Александр Николаевич Парфенов, Штырь и его отец вполне заслуживают того, чтобы оказаться в моем списке отправляющихся на север защищать мир.