— У бабы Гали нет телефона. Неизвестно кто из соседей дома. Все-таки суббота. Вариант позвонить в скорую только один, — хладнокровно проговорил я и бросил взгляд на трубку в своей руке. — Если тебе не оказать первую помощь прямо сейчас — ты умрешь.
Отчим смотрел на меня, а на его глазах наворачивались слезы. Не хочет умирать. Вот как. И видеомагнитофон больше не нужен.
И почему так происходит? Еще десять минут назад я ненавидел его всеми фибрами своей души, а сейчас не могу смотреть как он умирает. Насколько было бы легче и мне, и матери…
— Я уверен, что пожалею о том, что сделаю сейчас, — сказал я. — Но могу лишь надеяться на то, что после таких случаев люди меняются. И когда ты вновь решишь причинить боль кому-то из моей семьи, то вспомнишь, что однажды я спас тебе жизнь. Хотя мог сделать так, чтобы она оборвалась.
И я позвонил в скорую. Хотя прекрасно понимал, что люди не меняются. Что, если отчим выживет, он снова придет и будет выбивать деньги из меня и моей матери. Однако хладнокровно наблюдать, как он умирает, я не мог. Только слабаки, такие как тот мудак, который произвел выстрел, могут решить свои проблемы убийством алкоголика, не представляющего для общества смертельной опасности.
Я снял с себя футболку и придавил рану. Все, что я мог сейчас сделать, это попытаться замедлить кровотечение. И продрогнуть до костей от того, что кто-то не закрыл окно после очередной сигаретки, а я был с совершенно голым торсом.
На удивление скорая приехала быстро. Милиция тоже. Отчима погрузили на носилки и увезли. Он был еще жив. Один из врачей успел сказать мне спасибо за то, что я оказал первую помощь и спас ему жизнь. Следователи задали нам с бабой Галей пару вопросов и уехали.
Аввакум Ионович, все это время ожидающий в своей машине, припаркованной на площадке возле дома, зашел в квартиру и огляделся.
— Тебе стоит воспользоваться услугами своей же компании, Константин, — аристократ снял шляпу и повесил ее на крючок.
Узнал, что у меня есть клининговое агентство. Отпираться глупо.
— Я виделся с той милой дамой, у которой мы покупали котенка для Луны. Она оказалась очень милой женщиной и прекрасной…уборщицей.
— Клинером, — поправил я Германна.
— Клинером? Очень интересно…
— Я не делаю из этого какой-то тайны, — я поднял пару разбросанных книг с пола и поставил обратно в сервант. — Просто лишний раз стараюсь не трепаться об этом. Чтобы не задавали лишних вопросов.
— Понимаю, — Аввакум Ионович опустился рядом со мной на корточки и поднял одну из книг. — Чехов. Люблю его рассказы, — сказал он и поставил книгу туда, где ей и место.