— Теслин? — произнес Мэт. Красная сестра все еще с мрачным видом обеими руками цеплялась за его куртку и неотрывно смотрела на него — только на него одного. — А как же королева?
Мерилилль открыла было рот, мгновение поколебалась и произнесла явно не то, что намеревалась:
— Сколько ты еще собираешься стоять тут и держать его, Теслин? Наверно, нужно тебя саму отправить объяснять Тайлин, почему ее приказы не выполняются.
— Обдумай хорошенько, с кем связываешься, мастер Коутон, — сказала Теслин, по-прежнему не спуская с него глаз. — Неправильный выбор может загубить будущее, даже та’верену. Взвесь все как следует. — И только после этого она отпустила его.
Последовав за Ларен, Мэт старался ничем не выдать горячего желания оказаться подальше от Айз Седай, хотя ему очень хотелось, чтобы служанка шла хоть немного быстрее. Она плавно скользила перед ним, величественная, точно королева. Точно Айз Седай. На первом же углу он обернулся. Все пятеро Айз Седай стояли на прежнем месте, глядя ему вслед. Его взгляд словно послужил для них сигналом — они молча посмотрели друг на друга и разошлись, все в разные стороны. Аделис двинулась в том же направлении, что и Мэт, но, не дойдя до него дюжину шагов, снова улыбнулась ему и скрылась за дверью. Глубокие подводные течения. Мэт предпочитал плавать в тех водоемах, где ногами доставал дно.
Ларен ждала юношу за углом, уперев руки в широкие бедра, но лицо ее показалось ему что-то уж слишком спокойным. Наверняка под своими широкими юбками она от нетерпения притопывала ногой. Мэт одарил ее своей самой обаятельной улыбкой. Ни одна женщина не могла устоять перед ней, будь то девчонка-хохотушка или седовласая дама, имеющая внуков; с помощью этой улыбки он не раз добивался поцелуев и выпутывался из затруднительного положения. Срабатывало не хуже цветов.
— Ловко проделано, спасибо. Уверен, что на самом деле королева вовсе не желает меня видеть. — А даже если бы и желала, он-то точно не рвался. То, что Мэт думал о вельможах, трехкратно применимо ко всем этим королям и королевам. И в застрявших у него в голове воспоминаниях давно умерших людей он не обнаружил ничего, что заставило бы его изменить свое мнение, а ведь некоторые из них бо́льшую часть жизни провели рядом с королями, королевами и прочими в том же роде. — Теперь, если ты покажешь мне, где остановились Найнив и Илэйн…
Странно, но его улыбка, похоже, не произвела на Ларен ни малейшего впечатления.
— Я ни за что не стала бы лгать, лорд Коутон. Это может слишком дорого обойтись. Королева ждет, милорд. Вы очень храбрый человек, — добавила она и, отвернувшись, пробормотала себе под нос: — Или очень большой дурак. — Вряд ли последние слова предназначались для его ушей.