— Но почему же тогда вы хотите, чтобы она оставалась со мной и теперь? — В голосе Ранда прозвучало куда больше пыла, чем ему хотелось. — Неужто вы думаете, будто я открою ей то, что желаю сохранить в тайне от вас?
— А почему ты позволяешь ей оставаться рядом? — вопросом на вопрос ответила Эмис. — Кто тебе мешает отказаться от общества Авиенды? Мы ее тебе навязывать не станем.
— Так я, по крайней мере, знаю, кто за мной шпионит.
Ранд считал, что иметь Авиенду под приглядом всяко лучше, чем гадать, кто из айильцев следит за ним, — а кто-то ведь непременно станет следить. Не будь Авиенды, он бы, вероятно, полагал, что даже самый невинный вопрос Руарка — не что иное, как излишнее любопытство. Правда, кто мог поручиться, что это и впрямь не так? Ведь Руарк женат на одной из Хранительниц Мудрости. Ранд порадовался, что не доверил клановому вождю слишком многого, и одновременно опечалился. С чего он взял, что айильцы более откровенны и простодушны, чем благородные лорды Тира?
— Пусть она останется со мной. Меня это устраивает.
— В таком случае это устраивает и всех нас, — произнесла Бэйр.
Он недоверчиво посмотрел на старую Хранительницу. Какая-то странная нотка послышалась ему в ее голосе — будто намек на то, что он не обо всем догадывается.
— Но она все равно не выведает у меня того, что вам нужно.
— А что нам нужно? — Мелэйн вскинула голову и тряхнула длинными волосами. — В пророчестве сказано, что «спастись могут лишь немногие из немногих». Так вот, Ранд ал’Тор, Кар’а’карн, все, что нам нужно, — это чтобы этих немногих оказалось как можно больше. Несмотря на айильскую кровь и айильскую внешность, ты не думаешь о нашем народе как о своем. Но я добьюсь, чтобы ты почувствовал себя айильцем, даже если для этого мне придется положить…
— Мне кажется, — деликатно прервала ее Эмис, — сейчас ему больше всего хотелось бы взглянуть на свою спальню. Уж больно у него вид усталый. — Она хлопнула в ладоши, и тут же появилась гибкая, стройная гай’шайн. — Отведи нашего гостя в приготовленную для него комнату и принеси ему все, что потребуется.
Оставив Ранда на попечении гай’шайн, все Хранительницы Мудрости направились к выходу, причем Бэйр и Сеана бросали на Мелэйн сердитые взгляды. Единодушия между ними явно не было — ни дать ни взять Круг женщин в Эмондовом Лугу. Мелэйн старательно не обращала на них внимания, а выходя за порог, пробормотала себе под нос что-то вроде «…вразумить эту глупую девчонку…».
Какую девчонку? Авиенду? Но ведь она и так делает то, что ей велят. Может, Эгвейн? Ранд догадывался, что Хранительницы ее чему-то учат. И что такое собралась Мелэйн «положить», чтобы он ощутил себя айильцем? Как она вообще хочет заставить его решить, что он — айилец? «Может, хотела сказать: „Положить в ловушку приманку“? Вот дурень! Так она тебе и скажет, если задумала ловушку поставить и приманку туда положить. Что еще можно положить? Вот, скажем, куры — они яйца кладут». Подумав так, Ранд тихонько рассмеялся. Он устал. Слишком устал, чтобы разгадывать загадки. Больше двенадцати дней в седле, под палящим солнцем… А ведь Авиенда прошла весь этот путь пешком. Ему даже думать не хотелось, как бы он себя чувствовал, пройди весь этот путь пешим. Не иначе как у Авиенды стальные ноги. Больше всего Ранду хотелось поскорее улечься в постель.