С сомнением покачав головой, Эгвейн завернулась в одеяло и следом за Эмис вышла в ночь. Было холодно. Эгвейн покрылась гусиной кожей, переступая босыми ногами по каменистой, чуть ли не обледенелой земле. После дневной жары ночной холод казался стужей, какая бывает в Двуречье лишь посреди зимы. Дыхание превращалось в пар, тут же растворявшийся в холодном, но очень сухом воздухе.
Позади палаток Хранительниц Мудрости стояла еще одна, такая же низенькая, как и прочие, но стенки ее со всех сторон были надежно прикреплены к земле вбитыми в нее колышками. Эгвейн раньше не замечала эту палатку. К удивлению девушки, Эмис скинула с себя всю одежду и знаком велела ей сделать то же самое. Стиснув зубы, чтобы они не стучали, Эгвейн неохотно сбросила одеяло и стянула рубашку. Эмис, оставшись нагишом, как будто не замечала морозного холода ночи, несколько раз она глубоко вдохнула, похлопывая себя по бедрам, а затем нырнула в палатку. Эгвейн не мешкая устремилась следом.
В палатке было влажно и очень жарко. Девушка мгновенно покрылась потом.
Здесь находились все Хранительницы Мудрости, а также Морейн и Авиенда. Все они сидели в чем мать родила вокруг большого железного котла, до краев заполненного раскаленными камнями. От котла и камней тянуло жаром. Айз Седай, судя по всему, уже успела оправиться, и лишь круги под глазами, которых раньше не было, напоминали о перенесенном испытании.
Пока Эгвейн высматривала, где бы присесть, — на каменистой земле не было никаких подстилок, — Авиенда зачерпнула пригоршню воды из стоявшего рядом небольшого котелка и плеснула на камни. Вода зашипела, поднялся пар, и в следующий миг на камнях не осталось ни капельки влаги. Вид у Авиенды был довольно кислый, и Эгвейн догадывалась почему. В Башне послушницам тоже поручали не самую приятную работу, но, на взгляд Эгвейн, повинность Авиенды была не столь уж обременительной — не то что скоблить пол или чистить ненавистные котлы.
— Нам необходимо обсудить, что предпринять в связи с Рандом ал’Тором, — объявила Бэйр, когда Эмис села.
— В связи с Рандом? — встревоженно переспросила Эгвейн. — Но ведь у него знаки. Он действительно тот, кого вы ждали.
— В том-то и дело, — угрюмо подтвердила Мелэйн, откидывая назад прилипшие к лицу длинные золотистые волосы, — и именно из-за этого нам нужно постараться, чтобы как можно больше наших соплеменников уцелело.
— Столь же важно, — вставила Сеана, — позаботиться о том, чтобы он оставался в живых — ради исполнения до конца всего того, о чем говорит пророчество.
Мелэйн подняла на нее глаза, и Сеана с настойчивостью в голосе добавила: