Она кивнула в сторону парня, который стоял у стены, отдельно от компании ценителей музыки, скрестив на груди тяжелые руки и притоптывая в такт мелодии. Парень был куда крупнее Перрина.
— Даже Били пришлось нелегко, чтобы держать в узде всю эту свору, и тогда я наняла девушку, чтобы им не взбрело в башку устраивать у меня потасовки. Она откуда-то из Алтары. — Хозяйка склонила голову набок, некоторое время прислушивалась, потом произнесла: — Чистый, красивый голос. Но в ее возрасте я пела лучше, да, точно! И плясала, кстати, тоже лучше.
Перрин разинул рот от изумления, представив, как эта огромная женщина прыгает по столу и поет песенку вроде той, что доносилась из зала:
«Я рубашки не надену ни за что. Ни за что!..»
Но тут Заринэ так ткнула Перрина кулаком под ребро, что он поперхнулся.
Ниеда посмотрела на него и сказала:
— А для твоего горла, парень, надо приготовить снадобье. Это просто — в мед добавляется немного серы. Иначе будешь хворать, пока у нас не наступит теплая погода. А болеть, когда у тебя на руках такая милая девушка, нельзя.
Морейн взглядом приказала Перрину не отвлекать хозяйку от беседы с ней.
— Странно, что у тебя в гостинице дерутся, — произнесла она. — Я хорошо помню, как твой племянник пресекал подобные выходки. Неужели люди теперь стали раздражительнее? Что-то случилось?
Чуть подумав, Ниеда ответила:
— Может быть. Хотя трудно сказать. Сынки лордов всегда приходили в порт, всегда волочились за женщинами, развратничали, кутили и не спешили убраться к себе, хоть там и воздух свежей. Пожалуй, теперь после тяжелой зимы они появляются у нас чаще. Наверное, так. Да и местные норовят чаще огрызнуться друг на друга. Это из-за суровой зимы. И мужчины стали злее, и женщины. Как вспомню все эти дожди и холода… Два раза даже вода в умывальнике замерзала. Конечно, прошлая зима была не чета этой, да ведь такая тяжелая зима, как та, бывает раз в тысячу лет. После всего случившегося я готова поверить даже в россказни путешественников о том, будто замерзшая вода с неба может падать. — Она хихикнула, чтобы показать, что совсем не верит в это. Странно было слышать столь тонкий звук от такой толстой женщины.
Перрин удивленно качнул головой: «Она не верит в снег? Впрочем, если она нынешнюю погоду считает холодной, чего же еще от нее можно ожидать?»
Морейн задумалась, склонив голову, и капюшон совсем закрыл ее лицо.
Девушка, танцующая на столе, начала новый куплет, и Перрин неожиданно поймал себя на том, что невольно вслушивается в слова. Он понятия не имел, что женщина может вести себя так, как пелось в песне, поэтому ему было любопытно. Перрин видел, что Заринэ внимательно следит за ним, и сделал вид, будто песенка ему неинтересна.