— Есть тот, — сказала Морейн, — кто может вернуть кинжал, не подвергаясь опасности пострадать от него. Тот, кого мы защитили и оберегли от этой порчи, насколько вообще возможно. Это Мэт Коутон.
Амерлин кивнула:
— Да, разумеется. Он может вернуть кинжал. Если проживет так долго. Одному Свету ведомо, как далеко унесут кинжал, прежде чем люди Агельмара найдут похитителей. Если найдут. И если мальчик умрет раньше… что ж, если кинжал так долго пробудет на воле, то с нас хватит и другой тревоги. — Она устало потерла глаза. — Думаю, нам надо также найти этого Падана Фейна. Почему этот приспешник Темного настолько важен для них, что они рискнули вызволить его? Для них куда проще было просто выкрасть Рог. Проникнуть в такую крепость опаснее, чем попасть в зимнюю бурю в Море штормов, но они пошли на такой риск, чтобы освободить этого друга Темного. Если Таящиеся полагают, что он настолько важная фигура… — она сделала паузу, и Морейн поняла, что та задумалась о том, мурддраал ли на самом деле отдавал приказы, — тогда так же должны считать и мы.
— Его нужно найти, — согласилась Морейн, надеясь, что ничем не выдала себя, так настаивая на своем, — но, скорей всего, его найдут там же, где будет и Рог.
— Как скажешь, дочь моя. — Амерлин прикрыла зевок ладонью. — А теперь, Верин, если ты извинишь меня, то я лишь скажу несколько слов Морейн и потом немного вздремну. Думаю, Агельмар станет настаивать, чтобы вечером сегодня состоялся пир, раз прошлый вечер оказался испорчен. Твоя помощь, дочь моя, была неоценима. Пожалуйста, помни: никому не говори о том, как и от чего пострадал мальчик. Среди твоих сестер найдутся такие, кто увидит в нем Тень, а не то, что просто случается с людьми.
Не было нужды упоминать о Красных Айя. И вероятно, подумала Морейн, остерегаться теперь следовало не одних только Красных.
— Конечно же, мать, я ничего не скажу. — Верин поклонилась, но ни шага не сделала к двери. — Думаю, мать, вы захотите взглянуть на это. — Она достала из-за пояса маленькую записную книжку, переплетенную в мягкую коричневую кожу. — Вот что было написано на стенах подземной темницы. С переводом кое-где пришлось потрудиться. По большей части все как обычно — кощунство и бахвальство; троллокам, кажется, больше ничего не ведомо, — но была одна часть, сделанная рукой поувереннее. Образованный приспешник Тьмы или, вероятно, мурддраал. Она может оказаться всего-навсего издевкой, но имеет форму то ли стихов, то ли песни и несет в себе отзвук пророчества. О пророчествах из Тени, мать, нам известно мало.