— Ты берега не попутал, парень?
Я действовал на автомате, как тогда, в приемной Антипова, с единственной разницей — в этот раз я пытался сдержать силу удара и не позволить ей разворотить камеру, а то объясняйся потом перед дежурным охранником за учиненные беспорядки.
Щуплый отлетел в другой угол, как кегля для боулинга.
— Я-то не попутал, — произнес в ответ, решив сразу дать понять, кто здесь главный, — а вот ты явно взял на себя больше положенного.
Вампир потряс головой, поднимаясь.
— Как ты это сделал?
— Это одна из причин, почему мне нужна клятва. Никто не должен знать о моих способностях, и о том, что никакие глушилки на них не действуют.
— Я так и предполагал, только считал, что они где-то наполовину блокируют твои возможности.
— Теперь понимаешь?
— Так я бы и в любом случае никому не сказал.
— Может быть, и все же…
— Там ведь что-то еще есть?
— Есть, — не стал скрывать я.
— Ты действительно считаешь, что у нас может появиться реальный шанс выбраться из Изморози?
— Да.
— Хм-м, допустим у нас это получится, — со скепсисом произнес Щуплый, — Только вот, что мы будем делать там, на свободе? Нас же станут искать. Ищейки из ДМБ так просто не остановятся, всю страну вверх дном перевернут. Для них наш побег — личное оскорбление.
— Ты не поверишь, но сотрудникам ДМБ будет точно не до вас с Утесом.
У них найдутся дела поважнее, такие как вычистить все дерьмо из Изморози. Уверен, что и в других тюрьмах руководство полетит со своих постов, как тролль с самой высокой башни: то есть, кувырком и со смертельным исходом, но мне, если честно, на это совершенно плевать. Короче, я здесь долго засиживаться не собираюсь, поэтому решай, ты со мной или нет.
— Я могу подумать? — протянул вампир, почесав затылок.
— Ага. Можешь. У тебя… десять минут, чтобы определиться с выбором.
Я не стал говорить, что клятву ему придется принести в любом случае. Слишком многое Щуплый уже узнал. Будет сопротивляться — заставлю силой, но не думаю, что парень настолько глуп, чтобы отказаться от предоставленного шанса на свободу.
— Хорошо, — неуверенно произнес сокамерник, а я с облегчением выдохнул, — С чего начнем?
— С клятвы.
С трудом вспомнил нужные слова, заставляя Щуплого проговаривать их за мной. Капля крови из порезанной ладони капнула на пол, но я не обратил на это внимания, вспарывая в ответ свою кожу и соединяя руки.
Ритуал был похож на обряд кровного родства, но все же отличался некоторыми деталями.
Я действовал на пределе собственных сил, чуть не рвя жилы и выкачивая оставшуюся в организме энергию на скрепление клятвы.