Но тут Вэй, отведя взгляд от Луна, снова посмотрел в шкаф. И замер.
— А это… — снова прошептал он, и в голосе его вдруг появились новые нотки — не жадность даже, а какой-то благоговейный, почти мистический ужас. — А это что там, в глубине?
Лун обернулся и мне захотелось стукнуть себя по лбу. Шкатулку с кровавыми пилюлями то я не закрыл, и они сейчас лежали на бархатной подушке.
— Что это? — спросил Вэй, внезапно ставшим хриплым голосом. — Это… это не духовные камни…
Лун молчал. Он смотрел на красные горошины, и в его голове, медленно, словно сквозь вату, проступало понимание. Ведь слухи ходят среди всех. Слухи о тёмных культиваторах, о кровавых пилюлях, о том, что можно получить силу, не тренируясь годами, а просто проглотив маленькую красную таблетку.
— Это… это пилюли, — наконец выдавил он, и слова дались ему с трудом. — Кровавые пилюли. Помнишь нам рассказывали.
Вэй отшатнулся, будто его ударили.
— Всё равно надо брать, — наконец сказал Вэй. — Если это и правда они… то они дорого стоят. Очень дорого. Дороже даже чем духовные камни.
Они понимающе переглянулись, и Лун сдавленно выдавил, словно решаясь.
— Надо валить из деревни. Я не хочу отдавать всё это Сумо. Он снова нас обманет.
— Согласен. Даже караван нет смысла ждать. За пару серебрянных ляней наймём охотников и нас проведут до города.
Они обсуждали план, делая вид, что меня не существует. Практики, пусть и низких уровней развития, но тем не менее способные на многое. Одно то, что они смогли выломать люк в полу, идя за мной, о многом говорит, да и я помнил их силу в лавке Фэна. Вот только мне было плевать.
В голове пульсировали кажущиеся чужими мысли.
Убью… убью, твари. Убью только за то, что они коснулись своими пальцами того, над чем я работал целую вечность. Обычные крестьяне, думающие, что они чего-то добились… убью… убью…
Я попытался пошевелить рукой, как меня внезапно скрутило. Сперва показалось, будто холодная игла прошла вдоль позвоночника, оставляя после себя невесть откуда взявшуюся злость. Я судорожно втянул воздух и уткнулся ладонями в каменный пол. Сердце пропустило удар, затем трижды протарабанило и застучало ещё сильнее.
— Убью… — Снова прошептал себе под нос, сжимая пальцы в кулаки и обламывая ногти о камень.
Это был мой голос, но казалось, он исходил откуда-то изнутри. Мои мысли смешивались с потоком сознания, превращая образы в яркие картины жестокого убийства. Вывернутые суставы наружу, порванная в лоскуты кожа и кровь.
— Чего он там промямлил? — Пренебрежительно фыркнул Лун, бросая на меня надменный взгляд.