Утро неспешно вползло в Район Отверженных. Косые лучи зацепились за крышу, скользнули по стене и легли во двор длинными золотистыми полосами. Через два дома хозяйка бранилась на сонного мужа, сосед стучал топором, а где-то вдалеке заливался петух.
Позавтракав, я вышел на порог кухни и поёжился от прохлады. На траве блестела роса. Крох, щурясь от солнца, вылизывал лапу у колодца.
Мысли плавно вернулись к вчерашнему вечеру. После ухода братьев Корвин, я растопил очаг, подогрел еду и поужинал.
Голова гудела от разговора, но я всё же натаскал воды, развёл в ведре раствор железнолиста и, проводив Элиана, допоздна отмывал главный зал и коридор. Сапоги братьев оставили на половицах грязь, и мне почему-то казалось важным, чтобы к утру от их визита не осталось и следа.
Напоследок я ещё долго сидел перед гаснущими углями, пока наконец не заставил себя подняться и пойти спать.
Люмин вылизал миску, и, выскочив из кухни, выдернул меня из воспоминаний. Затем зайцелоп подбежал к грядкам, увидел росу на листьях обольстителя и замер на полушаге, после чего осторожно лизнул каплю, тут же отскочил и затряс ушами.
— Холодная? — поинтересовался я.
Зайцелоп уставился на меня в духе «а ты сам как думаешь?» и важно потрусил к серебряному колокольчику.
Я усмехнулся и направился к грядкам. Присев у первого узла, прикрыл глаза и направил ману в землю. Спустя несколько секунд листья обольстителя дрогнули, как от слабого дуновения ветра. Повторив всё то же самое еще дважды, я выпрямился, с удовольствием потянулся и выдохнул.
— Хорошо, — произнёс я себе под нос.
Крох повёл ухом, мол, рад за тебя, хозяин.
Окинув взглядом землю на грядках, я заметил… Сорняки.
Мясистые стебельки, лопушистые листья и наглые усики, ползущие вверх, лезли отовсюду. Один особо настырный росток пробился у основания сонного куста.
— Ну ты и наглец, — пробормотал я.
Видимо, магические узлы щедро делились силой со всеми подряд, не разбирая, где культурные посадки, а где пришлый нахлебник.
Я подтянул штанины, опустился на колени и взялся за работу. Земля поддавалась легко, корни выдирались с влажным хрустом. Собрав первый пучок, я отложил его в сторонку и потянулся за следующими сорняками.
И тут объявился помощник.
Люмин выскочил из-под колокольчика, и, мгновенно сообразив, что хозяин занят чем-то увлекательным, подкрался поближе. Затем аккуратно подобрал зубами уже выдранный мной стебелёк, подошёл ко мне и положил его на ногу.
— Спасибо, — я улыбнулся. — Без тебя бы точно не справился.